Обет обмана

Картина, которую он рисует, искушающая, но он не такой. Он далеко не соблазнителен. Он такой страшный, что даже сидя рядом с ним, я чувствую тревогу. Я чувствую, что мне нужно быть в режиме «дерись или беги» рядом с ним. На самом деле, мне придется выбрать вариант «беги», потому что вариант боя определенно убьет меня.

Так что, хотя я действительно хочу все, что он перечислил, их цена — быть с ним — не та, которую я могу позволить себе заплатить.

Мне нужно найти выход.

— Если ты все еще не уверена, хорошо.

Я вскидываю голову, чтобы встретиться с его пустым взглядом.

— Ты меня отпускаешь?

— Если хочешь.

Я прищуриваюсь.

— Неужели?

— Да, но в нескольких кварталах отсюда дежурит полиция. Как только ты выйдешь из машины, тебя арестуют за убийство Ричарда Грина.

Я задыхаюсь. Как… откуда, черт возьми, он знает об этом?

— Я запретил полиции и СМИ разглашать твое имя и фотографию, но если ты предпочитаешь жить на улице, то не возражаешь против тюрьмы. Ты должна поблагодарить меня, правда.

Я чувствую, как машина приближается ко мне, ее сиденья превращаются в щупальца осьминога, чтобы задушить меня.

Он спланировал все — от убийства до полиции и того, что они никогда не упоминали обо мне никаких подробностей. Но он разыгрывал свои карты, одну за другой, методично, как психопат. С самого начала он не собирался давать мне выбора. Он пришел сюда с целью сделать меня своей женой, и я ничего не могу сделать, чтобы избежать этой участи.

— Почему… — Я сглатываю слезы и ком в горле. — Почему ты не использовал эту угрозу с самого начала? Почему ты дал мне надежду, что я смогу отказаться от этого?

— В мои намерения не входило давать тебе надежду. И ты не могла мне отказать, Уинтер. Ты — никто. Вредитель, которого все топчут, не глядя дважды. Безымянное, забывчивое лицо, которое никто не помнит. Будь благодарна, что я делаю тебе это предложение. Скажи спасибо и иди с этим.

Я поднимаю руку и бью его по лицу так сильно, что боль обжигает мою ладонь и стреляет вниз по руке.

Странный тип гнева охватил меня при его словах, и мне нужно было как-то облегчить это. Это единственное решение, которое пришло мне в голову.

То, которое, как я теперь понимаю, может стоить мне жизни.

Глаза незнакомца темнеют, под щетинистой челюстью тикает мускул.

Я полностью ожидаю, что он ударит меня в ответ, и сжимаю дрожащие губы, готовясь к удару.