Ночные шорохи

С каких это пор некомпетентность является нарушением закона?

— С тех самых пор, как об атом объявили поверенные Мейтленда, — огрызнулся Маккейд. — Они, возможно, на основании всего этого предложат новое законодательство Так и вижу, как Верховный суд утверждает составленный ими кодекс!

— Мне нечего сказать, Брайен.

— Вот именно. Кстати, Мейтленд требует формального письменного опровержения с извинениями, поскольку вы ничего не обнаружили ни на одной яхте. Хочет, чтобы ты просил прощения.

— Передай, пусть катится ко всем чертям — Наши адвокаты уже составляют более благозвучный вариант ответа, однако думаю, что это не слишком порядочно с нашей стороны, особенно если ты не уверен, что он уже успел незаметно выгрузить оружие до обыска.

Пол тяжело вздохнул:

— Вряд ли. После совещания в Южной Африке он оставил «Призрак»и вернулся самолетом. Мы наблюдали за судном всю обратную дорогу и не спускали с него глаз с той минуты, как оно пришвартовалось в Палм-Бич.

— То есть ты утверждаешь, что никакой контрабанды он на борт не брал?!

— Точно так, — объявил Пол.

— И «Звездочет» тоже чист?

— К сожалению.

— Следовательно, можно считать, что Мейтленд невиновен?

Пол вспомнил о разрушенных им судьбах, о полных слез глазах Слоан и поморщился от боли. Никто не сумеет наказать его сильнее, чем он себя.

— По всей видимости. Хотя с точки зрения закона его вполне можно притянуть за хранение пулемета. В конце концов, это автоматическое оружие.

— Благодарю за светлую мысль! Особенно если учесть, что эта чертова штука — настоящий антиквариат, да еще конфискованный у пиратов.

Пол снова вздохнул и подумал о Слоан, так упорно и стойко защищавшей Мейтленда. Значит, ее интуиция оказалась вернее его умозаключений?

— Как по-твоему, можно нанести визит Мейтленду и попытаться утешить его раненую гордость?

— Он не желает утешений. Жаждет крови. По возможности твоей.

— Мне нужно поговорить с ним и кое-что прояснить, — настаивал Пол. — Может, удастся хотя бы убедить Мейтленда, что Слоан ничего не знала?

— И близко к нему не подходи, — предостерег Маккейд, снова придя в бешенство, — иначе поставишь под угрозу нашу линию обороны.

— Слышал.

Едва они распрощались, Полу поочередно позвонили два его агента в Палм-Бич. Он дал каждому подробные наставления, принес стакан воды, поставил на стол и начал укладывать вещи.

Парис ждала звонка Пола почти час и только потом поняла, что придется полагаться на себя.