Ночные шорохи

Только сейчас Парис поняла, в каком напряжении находилась все это время, и, с трудом проглотив слезы, выдохнула:

— Пол. Это я, Парис. Еду в Белл-Харбор. Пожалуйста, поверь мне, потому что дежурный в полицейском участке Белл-Харбора посчитал меня спятившей и отказался помочь. И если еще ты не…

— Я все сделаю, Парис, — перебил он на удивление спокойно и твердо. — Все. Только объясни, что происходит.

— Сегодня ночью они расправятся со Слоан! Заставят ее написать предсмертную записку с признанием в убийстве Эдит, а потом пристрелят.

И сделают все, чтобы обставить это так, словно она покончила с собой, — выпалила Парис, почти ожидая, что он посмеется над ней или заставит все объяснять заново, пока последние минуты жизни сестры утекают, как песок между пальцев.

— Понятно. Скажи, кто эти «они», чтобы я сумел как можно быстрее их нейтрализовать.

— Не знаю! Просто подслушала чужой разговор!

— И все-таки — кто же обсуждал эту животрепещущую тему?

Ну вот, минута настала. Теперь придется либо предать отца, либо навеки распроститься с сестрой.

Отец… тот, кто вырастил ее, заботился… Но ведь именно он не задумываясь обрек на смерть младшую дочь, чтобы спасти гибнущий бизнес! И не слишком расстроился, узнав, что из-за этого проклятого бизнеса прикончили его бабку. А Парис так любила Эдит. И Картера. И… и Слоан!

— Парис! Я должен знать, кто в этом замешан, иначе вес может плохо кончиться! — нетерпеливо повторил Пол.

Парис судорожно сглотнула и вытерла свободной рукой мокрые щеки.

— Отец. Отец и Гэри Дишлер. Я слышала, как они об этом говорили. Дишлер работает на каких-то людей, которых называет партнерами отца. Это они велели ему убить Эдит, и он послушался. — Теперь слезы ручьями лились по щекам, и перед глазами все расплывалось.. — Они приказали ему позаботиться и о Слоан, но сам он не желает пачкать руки. Нанял каких-то негодяев.

— Спасибо, я узнал все, что необходимо. Жди моего звонка.

Парис положила трубку. Пол выручит Слоан! И арестует отца.

Она представила, как гордого красавца Картера Рейнолдса выводят из дома в наручниках. Подумала о долгом судебном процессе, стервятниках-папарацци, гнусных обличениях в прессе. И, нажав на тормоза, прислонилась лбом к рулевому колесу.

— Прости, — громко сказала она. — Мне так жаль. Так жаль…

Глава 50

Вертолет ФБР стоял у пристани, по дороге туда Пол позвонил в полицейский участок Белл-Харбора. И к несчастью, тоже наткнулся на лейтенанта Карузо.