Нить судьбы

– У тебя ещё, знаешь, сколько лет впереди? А ткань хоро-о-ошая.

Надийка поцокала языком, пощёлкала тканью, проверяя её на прочность, поглядела сквозь неё на свет, и сказала:

– Нет, бабушка, такая ткань на покров не подойдёт.

– Вот те раз! – всплеснула руками Сузгиниха, – А какую ж тебе надо?

– Эта ткань подойдёт совершенно для другого.

– Хм, – хмыкнула Сузгиниха, – Беда мне с тобой, девка. Что ж мне теперь делать-то?

И она поглядела на Захариху. Та лишь развела руками в стороны:

– Ничего не знаю, сами решайте!

– Ничего не надо делать, – засмеялась Надийка, – Ты не переживай, бабушка.

– Да уж какая тут радость? – вздохнула Сузгиниха.

– Ничего, бабушка, скоро всё наладится, – Надийка звонко засмеялась, чмокнула её в щёчку, и, схватив ткань, убежала в свою комнату.

Сузгиниха поглядела на Захариху:

– Что ж это деется-то?

Захариха пожала плечами в недоумении, и, подперев ладошкой щёку, задумалась.

– Не знаю, что с девкой творится, – вздохнула она.

– Да-а. А Влас-то удивил всех, не думала я, что у него такая сила, – продолжила Сузгиниха.

– Какая сила? – не поняла Захариха.

– Да ты разве не знаешь ничего про него? Он ведь колдун!

– Какой колдун?

– Ну, какой бы ни был, а колдун, о том все знают. Он животных лечит, а соседка наша пошла к нему давеча, согнувшись в три погибели, а вернулась обратно с прямой спиной!

– Ишь чего, – подивилась Захариха.

– Да-да, вся деревня знает про то, а ты одна тут сидишь, ничего не ведаешь.

– Так я и живу на отшибе, и в деревне редко бываю.

– Вот! А теперь деревня гудит, и про Надийку твою говорят тоже.

– А чего это она гудит-то? – Захариха встала, подперев бока руками.

– Да ничего, ничего плохого, наоборот, Глафира так и вовсе там расстилается, говорит, что Надийку за дочку теперь почитает, а коли она бы к ней жить пошла, так она бы взяла её к себе.

– Ещё чего не хватало! Я вам покажу, Надийку у меня забирать.

– Да ты не серчай, никто её не собирается забирать, это она так, тяжело ей сейчас, горе в ней кричит.

– Это да, – согласилась Захариха, – Горе ей, горе…

На шум выглянула из комнаты Надийка.

– Бабушки, вы тут о чём?

– Да ни о чём, ни о чём, стрекоза – махнула рукой Захариха, – Иди, своим делом занимайся.

– Ой, ну ладно, и я пойду, пора мне, – засуетилась Сузгиниха, поднявшись.

– Надийка! – крикнула она в комнату.

– А? – раздался голос Надийки.