Неудержимый. Книга XXXIV

— А почему мы ничего не знаем об этих испытаниях⁈ — рявкнул кто-то из гостей. Голос принадлежал генералу из первого ряда. — Кто разрешил⁈

— А мне откуда знать? — пожал плечами Константин. — Я думал, вы тут военные. Если испытания ваших коллег, значит, вас должны были предупредить."

"— А откуда вы знаете про испытания? — вмешался полковник, стоящий чуть поодаль. — Какое отношение вы к ним имеете? Отвечайте немедленно.

— Самое непосредственное, — невозмутимо отозвался Константин. — Эти снаряды принадлежат Чёрному Егерю, Великому Охотнику и, заодно, губернатору Иркутской области.

— Иркутской чего⁈ — генерал выронил сигару из рук. — Вы в своём уме⁈

— У нас вообще есть такая область? — нахмурился полковник.

— Вы что, газет не читаете? — в голос одного из аристократов прорезался сарказм. — Император на прошлой неделе подписал указ. Кажется, в пятницу или субботу? Не суть.

На палубе вспыхнул гомон. Кто-то достал артефакт связи, чтобы связаться с собственной службой разведки или аналитиками, кто-то отвернулся, приложив к виску указательный палец.

Константин усмехнулся. Он решил пойти, что называется, ва-банк, чтобы сменить тему разговора. Огненный гриб уже растворился в небе, оставив после себя лишь густой чёрный дым.

Сергей стоял, вцепившись в перила. Его трясло, но не от страха, а скорее от удивления. Дмитрий — губернатор? И Великий Охотник? Это что, шутка?

Он не понимал, как такое возможно. Месяца ещё толком не прошло, а он уже оказался на недосягаемом для простого смертного уровне.

— Дамы и господа! — голос Пелагеи прозвучал над палубой звонко и уверенно. Она перехватила инициативу, пока народ ещё переваривал увиденное. — Ситуация абсолютно под контролем. Мы все живы, катер не горит, закуски на месте — а значит, настало время для перерыва!

— Прошу — освежитесь, подкрепитесь, переварите… новости! — она широко улыбнулась и, сделав шаг вперёд, указала рукой на длинные столы, уставленные угощением и бокалами.

В толпе кто-то фыркнул, кто-то захохотал, а кто-то выразил ей своё личное восхищение. Пелагея сделала лёгкий реверанс и продолжила:

— Перерыв пятнадцать минут. После — продолжим.