Неподкупные

А он может окружить ее и лаской, и вниманием…

Глава 27

Был человек, и нет его. Остался только меловой силуэт и посыпанное хлоркой пятно от вытекших мозгов. Шутка ли, с девятого этажа вывалиться… Труп уже увезли, оцепление снято, и только меловый контур напоминает о вчерашней трагедии. Дежурный следователь уже сделал предварительное заключение. Самоубийство. Только что-то Ревякин не верил в это. И Богдан тоже. Поэтому они здесь. Потому и поднимаются на этот самый девятый этаж, чтобы выяснить подробности.

– Кто там? – послышался из-за двери знакомый голос.

– Милиция.

Щелкнул замок, открылась дверь, и Богдан увидел знакомое лицо.

Нина выглядела устало. Что вовсе не удивительно. Тяжелая ночь ей выдалась, и с представителями правопорядка пришлось пообщаться, а тут еще добавка в виде двух оперов. Илью и Богдана не уполномочивали заниматься этим делом, поэтому девушка могла смело послать их далеко. Но врожденная вежливость не позволяла ей этого сделать.

– Ну, вот мы и нашли вас, Нина, – грустно улыбнулся Ревякин.

– А вы меня искали? – распахивая перед ними дверь, спросила она.

В квартире порядок, все на местах, но неуютно. И натоптано здесь, и зеркала белыми простынями завешаны. И где-то бродит неприкаянная душа Димы Ковалькова.

– Да, с момента нашей первой встречи… Это мы посоветовали Диме увезти вас от Ры… От Глеба, скажем так, Батьковича, – усаживаясь на диван в гостиной, сказал Ревякин.

Богдан садиться не торопился. Ему бы квартиру осмотреть, вдруг что интересное найдет. Но пока лучше не суетиться.

– Помните историю с Карлсоном?..

– Да, конечно, – покраснела Нина.

– Извините, наверное, это сказано не к месту, – спохватился Ревякин.

Действительно, некстати сказано. Ведь Ковальков, как тот Карлсон, вылетел из окна. В штанишках, на которых не было моторчика…

– Тогда второй этаж был, а сейчас… Видно, судьба, – вздохнул Илья.

– Какая судьба? – с беспомощным возмущением посмотрела на него девушка. – О чем вы?

– Рожденный ходить летать не может. Это закон природы. А судьба в том, что круг замкнулся.