Неподкупные

А еще я собираюсь построить дом с бассейном.

– Какой бассейн в нашем климате? У нас же здесь не Голливуд!

– У меня будет крытый бассейн. И летом там можно будет купаться, и зимой. Будете приходить ко мне с Димой… Ты как больше любишь, в купальнике или голышом?

– Да ну тебя! – игриво сконфузилась она и легонько стукнула его кулаком по плечу.

– А все-таки?

– Ну, если за нами никто не будет подсматривать, то голышом…

– А если только я буду подсматривать?

– А тебе интересно подсматривать? – покраснела вдруг Нина.

– За тобой – да. Но лучше самому…

– Что самому?

Она попыталась отодвинуться, но Шурин поймал ее за руку, потянул на себя. И она не стала сопротивляться. Более того, безвольно вдруг завалилась набок, уронив голову ему на колени.

– Пусти!

Удерживать ее он не стал, в расчете что Нина сама не захочет подниматься. Но нет, села она, отстранилась. И голову в сторону отвернула.

– Зачем ты так? – спросила с упреком, но не зло.

– Да вдруг представил нас на краю бассейна. Думаю, мы бы прекрасно смотрелись вместе.

– А Дима?

– Что Дима? Он тебе не муж. Вам даже разводиться не надо.

– Но я его люблю.

– Разлюби.

– Это что, приказ? – с игривым каким-то возмущением спросила Нина.

– Нет, это не приказ. Это просьба влюбленного мужчины. Влюбленного в тебя мужчины.

– Даже так? – с приглушенным кокетством улыбнулась она.

– Ты, наверное, привыкла, что мужчины в тебя влюбляются?

– Я привыкла, что в меня влюбляются сильные мужчины.

– Если привыкла, значит, тебя это не удивляет?

– Федор, ты меня извини, но это разговор ни о чем.

– Но я хочу быть с тобой.

– И как ты это себе представляешь?

– Главное, чтобы ты захотела, – поднимая бокал с коньяком, сказал он.

– Но я люблю Диму.

Она без тоста коснулась фужером его бокала и сделала несколько глотков с такой жадностью, будто пыталась утолить сильную жажду.

– А если одно другому не помеха?

– Это ты о чем?

– Ты же любила Диму, когда жила с Глебом, – еще более грубо намекнул Шурин.

– Прекрати говорить глупости. Тебе это не идет.

Она вдруг поставила пустой фужер на стол и положила голову ему на плечо.

– Я знаю, о чем ты думаешь… – тихо сказала она. – И я знаю, как себя вела… И как могу вести…

Он рывком отстранился от нее, и Нина стала заваливаться на бок. Она бы уронила голову на диван, если бы Шурин не подхватил ее.

Глаза у Нины закрыты, и никакого намека на сопротивление.