Не пара

— Да, Камиль, — развернулся Алескеров с тем самым стаканом в руках. — Ты же к нам присоединишься?

— Ренат, я… — глянул тот на меня.

— Это не просьба, Камиль, — вручил ему Алескеров стакан. — Это приказ. Пей!

Мы замерли оба, пока в два глотка тот осушил его до дна."

"— И ты лучше выпей. Потому что он будет делать с тобой всё, что я прикажу, — повернулся Ренат ко мне, протягивая виски. — Но завтра ничего не вспомнит.

— А ты?

— А я на свою беду, — он тяжело вздохнул, — никогда этого не забуду.

Глава 15. Девчонка, которая играла в Спарту и… доигралась

Где-то я это уже видела.

В нашей ситуации лучшее всего было то, что Камиль ничего не вспомнит.

Потому что Алескеров не просто так надел халат на голое тело. Потому что всё, что бы ни делал со мной Кам, мне всё равно понравится. Он — мой бог! Но это буду знать только я.

— Я буду думать о тебе, — шепчу я Алескерову, идя к огромной кровати.

Стальной шёлк простыней. Белые полупрозрачные занавески балдахина.

И как бы я ни выгибалась в умелых руках того, кто уже прочто занял своё место не только в постели, но и в моём сердце, мои глаза неотступно следят за тем, кто делает вид, что хотел бы остаться только зрителем.

Но если он даже этого хотел, я ему не позволю. Теперь это моя игра. Я буду стонать так, что он не выдержит. Я точно знаю, что не выдержит.

Возьми меня! Почувствуй, каково это — иметь то, что никогда не будет твоим. Я хочу, чтобы ты не просто никогда не забыл. Чтобы ты сдыхал, но помнил это.

Я с вожделением облизываю губы, глядя прямо на него. Закусываю нижнюю.

И стойкая выпуклость под тонким шёлком говорит мне о том, что момент настал.

— Прогони его. Давай останемся вдвоём, — шепчу я, когда он накрывает меня своим телом и разводит в стороны ноги.

Я судорожно глотаю воздух, ощутив его в себе.

— Моя, — едва слышно выдыхает он.

Я подаюсь ему навстречу. Сжимаю в себе. Я знаю, он смотрит. Видит, как я корчусь. Как запрокинув голову, ловлю его толчки.

Но он тоже не прост. Он сводит меня с ума тем, что это комментирует.

Да, я девочка. Я люблю ушами. И мне нравится, когда меня называют маленькой и плохой.

— Ты очень, очень плохая девочка. Знала бы ты, как я тобой бредил, грезил, болел. Как о тебе мечтал. Как тебя за это ненавидел.