Навылет и в сердце

— Мы всё, самые чистые! — с гордостью сообщила Агафья.

— Тогда зверя можно и покормить, — сказал я, и посторонился, пропуская живность. Волчара, виляя хвостом, вышел из ванной, и безошибочно отыскал дорогу на кухню, где на полу уже стояла чашка с молоком и мясом. Агафья, проводив щенка и убедившись, что он ест, вернулась в ванную, чтобы убрать последствия купания зверюги.

— А ты есть будешь? — спросила она, начиная вытирать пол. Скользнул взглядом по ее бедрам, попке, обтянутой мокрыми шортами.

— Да знаешь, как-то перехотелось, — задумчиво пробормотал я.

Закрыл дверь в ванную, чтобы зверюга не мешал, и решил, что пора бы поставить Агашу в известность о нашей свадьбе. Вот только как? Еще и мысли собрать не получалось, потому как перед глазами мелькали такие любимые и желанные части тела моей девочки.

— Агафенок, — хрипло сказал я, потом прочистил горло, — В общем, я люблю тебя, и…

Она замерла.

— Что-то случилось? — тихо проговорила она.

— Нет, нет, — улыбнулся я, взгляд скользнул по ее футболке, мокрой и прилипшей к груди, — Все хорошо, правда.

Она кивнула. Улыбнулась. А я шагнул ближе, одновременно стянул свою футболку и бросил ее на пол. Отчаянно хотелось почувствовать прикосновения моей девочки. Здесь и сейчас.

В один шаг преодолел расстояние между нами. Подхватил ее под бедра и прижал к стене. Любимая начала целовать меня.

— И я люблю тебя, — услышал ее прерывистое дыхание, заглянул в глаза. Понял, хочу ее, отчаянно хочу. Начал целовать ее, впиваясь губами в нежную кожу. Руки скользнули к ее ногам, стянул ее короткие шортики, под которыми оказались крохотные трусики.

— Красивая штучка, — пробормотал я, накрывая их ладонью. Агафья хохотнула, немного хрипло, и как-то нежно. Ее ручки касались моей спины, то порхали, то с силой впивались в кожу, царапая ногтями, — Ты у меня такая красивая! — выдохнул в ее губы.

Агафья вновь что-то прошептала, понял, сомневается моя девочка. Рывком развернул ее спиной к себе. Начал целовать шею, плечо.

— Смотри, — шепнул я, приподнимая ее голову, так, чтобы она видела свое отражение в зеркале, расположенном на стене у двери. Агафья открыла глаза. Потом вновь зажмурилась.

— Я не могу… — пробормотала она, — Мне стыдно.