Настольная книга стервы

Да, любопытно, а как же он меня нашел?! Ведь ни адреса, ни телефона не оставляла…

Уняв остатки волнения, я на манер детектива дала событиям обратный ход. Бар «Ай лав ю», что в переводе «Я тебя люблю»… Потом он подсел… Потом танцевали…

Потом поехал провожать… Потом сказал, что улетает…

Догадка пронзила, как трель сегодняшнего ночного звонка, – окна! Мои окна! Он, когда прощались, поднял голову и спросил, не страшно ли так высоко жить? Я сказала, что не страшно, и машинально показала на свои окна… Ну а дом, поколесив по такому игрушечному городу, как наш, найти разве трудно?!

А с ролью Деда Мороза ловко придумал! Надо же…

Я нечаянно взглянула на себя в зеркало.

Сказав Франсису: «Один момент…», я исчезла, чтобы снова войти, но божественно красивой.

Платье, мягко скользнуло из недр пакета в мои руки. Было на ощупь прохладным и почти невесомым. Роскошная ткань струями переливалась меж пальцев… а за стеной сидел Франсис, и я вдруг забоялась, что это сон, и он прервется, едва начну надевать платье…

Но сон продолжал жить…

Я, почти не дыша, приблизилась к зеркалу и долго вглядывалась в отражение, совсем незнакомое мне и чуть пугающее…

А потом было утро. И мы отправились с Франсисом гулять по городу.

"Любовнику я звонить не стала: о том, что выхожу замуж, он узнает в другой раз. Да, Франсис мне сделал предложение. А «сосватало» нас, получается, черное платье стервы, год назад улетевшее в Марсель.

Ну кто бы мог предположить, что его найдет невеста Франсиса. И где? – В багажнике машины обожаемого жениха. Но она нашла случайно, и вышел жуткий скандал, где было много слез и упреков. (Нет, она повела себя далеко не как стерва!) Но это так, между нами…

Франсис оправдывался, божился, клялся, уверял ее, а потом хлопнул дверью и ушел.

Рассказывая эту историю, я все думала: обмолвиться об одной существенной детали или не стоит?… Потом все же решила: скажу! Франсиса я изрядно старше. Когда он это узнал, он хлопнул в ладоши и удивленно округлил глаза.