Наследница сиротского приюта

Казалось бы, сила ваших зелий невелика, второй уровень. Жаль, жаль, что не третий, тогда бы разговор шёл о других суммах. Но ваша семейная чуйка решает много, миссис Хэнли.

Лицо мастера расплылось в улыбке, когда он назвал снова мою девичью фамилию. Именно сейчас во мне начали закрадываться подозрения, что ничего я в этом, незнакомом мне, мире не понимала и не знала. Пока что. Но дайте время, я узнаю, непременно разберусь во всём.

Пока я думала над последними словами мастера, он продолжил:

— Десять шиллингов, как всегда.

Я собиралась уже выходить, быстро попрощавшись, чтобы не рисковать, показывая незнание элементарных вещей, но мастер покачал головой и спросил с малой долей интереса:

— И что же, миссис Хенли, вы и с главой рода, лордом Хэнли уже провели обряд по возвращению вам фамилии? С сына удалось снять метку предателя магии? И как же тогда семейный дар, проснулся ли он в полной мере в сыне, или появился после обряда?

Я замерла, понимая, что момент был очень опасным.

И второй, очень важный вопрос: показалось мне или мастера очень сильно интересовала передача семейного дара моему сыну?

Честно, меньше всего я ожидала, что сын меня спасёт, уверенно сделав шаг, загородив меня от мастера и его интереса.

— Мама уже отправила письмо деду, а метки не будет, мастер, я ещё мал, но я успею её снять. Она не коснётся моих потомков, будьте уверены. Это всё, что мы готовы озвучить. Мы чтим законы нашего мира.

Что?! И это мой нежданный сын, шестилетний ребёнок?!

Я стояла, стараясь держать лицо, так как мастер со всем вниманием слушал ответ Маркуса. А ведь ему было только шесть, и в моём мире такие детки только к школе начинали готовиться, но не желали ещё прощаться с беззаботным детством.

И вот, мой маленький сын защищал меня и держал слово перед взрослым мужчиной, словно готов был отвечать за произнесённые слова. Я не ожидала, но насколько же мне было приятно, что в этом мире был мужчина, пусть пока и ребёнок, который встал на мою защиту. На защиту нашей маленькой семьи. Слёзы наворачивались на глаза, но я заставила себя сдержаться.