Насильно твоя-2

Я чувствую себя неотразимой: искусный макияж, великолепный педикюр с бордовым лаком, который так понравился Эмилю…

Иду, уверенная, что сейчас обведу вокруг пальца крутого мужика. Еще не знаю, что меня ждет. В голове ветер и веселье, а в душе нет боли. Удивительно: я даже не знала, что это.

Меньше года прошло… Я чувствовала себя старше на целую жизнь.

— Прошу, — Антон распахнул дверь авто и я вздрогнула.

Прекрасное видение в красном платье, шествующее по дорожке, растворилось в воздухе. Прощай, маленькая Дина. Глупая, слабая… Умеющая только любить.

— Я пойду одна.

Антон не стал спорить.

В залитом светом фойе я мельком взглянула в зеркало. На первый взгляд все нормально. Но волосы спутаны, в глазах черные омуты. Сейчас моему бывшему донесут, что Дина Кац прилетела в клуб в таком виде.

Я вошла в зал.

Сердце выскакивало из груди, пока я искала его в толпе. Занимайся с ним сексом, скандаль, дерись, люби — реакция одна и та же. Эмиль вышибает меня из колеи.

От громкой музыки вибрировал пол. Внимание привлекла большая компания в конце зала.

Я приблизилась, различая больше деталей.

На нем серый костюм… В темноте резко выделялись белая сорочка, черный ремень с блестящей пряжкой. Сверкнула знакомая улыбка, когда он кого-то осадил — холодная, полная превосходства. Мой. Мой Эмиль. Знакомый до последней капли.

К нему липли девушки. Одна прижималась к плечу, другая водила над ремнем пальчиками.

Веселье как волной смыло. Какой обескураженный взгляд…

Мне тоже тяжело тебя видеть, Эмиль.

Я стояла в полутьме, обхватив себя тонкими руками, и просто смотрела на него.

Отстранившись от жадных объятий, он прогнал подруг, и пошел ко мне.

Больно…

Когда не видишься, забываются эмоции, манеры, лицо. Но Эмиль вновь передо мной и наша жизнь обрушилась на меня лавиной.

Побои, кофе. Секс на столе. Набережная.

Все за один взгляд.

А если это и есть любовь? И в горе, и в радости, через смерть, через ад… Вместе навсегда. Настоящая любовь живет вечно, она не умирает. Так должно быть.

— Зачем пришла? — чтобы я услышала, ему пришлось наклониться.

Эмиль тоже об этом подумал. Как у него дрогнул голос! Ему больно.