Найдена

Поскуливая от нетерпения, херсонесец стянул мокрые сапоги. Теперь бежать станет легче…

Он повернул за угол и нащупал сбоку тяжелую кованую дверь. Надавил. Дверь засипела. Из-за нее потоком хлынула вода.

«Совсем затопило», – ныряя в темноту, успел подумать Анастас. Сзади что-то захлгюпало. Погоня? Херсонесец оглянулся. Темно.

Закрыть дверь! Скорее! Он ударил створу плечом.

Не закрывается… Еще раз…

За шиворот тонкой струйкой потекла влажная глина. Удар, еще удар… Хлюпанье приблизилось.

«Нашли!» – мелькнуло в голове херсонесца.

Ужас придал силы. Не замечая боли, он ударился о дверь всем телом. Створа неохотно шевельнулась и стала закрываться. Щелк… Замок? Анастас не помнил, был ли в этой двери замок. А если и был, то ему это на руку. Теперь его точно не догонят.

Он засмеялся, стер со лба пот и воду и двинулся вперед. Ноги вдруг заскользили по неровной поверхности. Камень? Откуда тут камни? Херсонесец помнил, что раньше пол был гладким. Однако валунов под ногами становилось все больше.

Скользкие и огромные, они поднимались выше и выше.

«Почему нет света, ведь выход уже совсем рядом?» – успел удивиться игумен, а потом взвыл от страшной догадки и отбросил ставшую ненужной казну. Тяжелая шкатулка звучно плюхнулась в воду.

– Нет, Господи, только не это! – шевелились губы Анастаса, а пальцы отчаянно цеплялись за покатые, обточенные водой бока валунов. Цеплялись и соскальзывали…

– Господи, помоги, Господи! – уже не опасаясь преследователей закричал херсонесец.

Кап, кап, кап, – отозвалась вода.

Анастас метнулся назад, к двери. Лучше быть схваченным воинами Болеслава, чем гнить заживо в этом сыром, Наглухо заваленном подземелье.

– Вытащите меня отсюда! – Он заскребся в каменную дверь.

Замок держал плотно. Обратно! И не бояться. Завал можно растащить… Анастас верил в спасение. Он нащупал острый край. Качнул. Что-то хрустнуло, и сверху шлепнулся ком глины. Он так и знал! Он выберется!

Херсонесец плюхнулся в воду и, захлебываясь жидкой глиной, налег на преграду плечом.

Валун покачнулся. Еще… Анастас раскачал камень и отвалил его в сторону. Страшный грохот оглушил херсонесца. С грохотом пришла боль. Перед глазами вспыхнуло ослепительное пламя. Ад… В пламени покачивалась человеческая фигура. Тонкие руки вздымались, манили… Кто это?

Анастас превозмог боль. Он догадался, кто манит его в адское пламя. Та, ради которой он стал предателем, та, которая не простила его.