Сотня. Забытый поход

– Коз вижу, а пастух где? – проворчал в ответ Роман, осматривая указанное направление.

– Может, на том склоне и про нас ещё не знает. А может, где за камешком залёг и на нас пялится, – буркнул Матвей в ответ, наводя трубу на холм.

– А может, его и вовсе нет? – иронично усмехнулся Роман.

– А ты много тут коз видел, которые без пригляду пасутся? – в ответ поддел его парень. – Пусть мальчишка пастушок, но у самой завалящей козы имеется. Скотина тут в цене. Вот он, – найдя в оптику пастуха, негромко прошипел Матвей.

– Взрослый? – подобравшись, тихо осведомился Роман.

– Недоросль. Лежит, смотрит.

– Погоди, коль есть стадо, выходит, и кочевье тоже рядом где-то должно быть, – сообразил Роман.

– Может, и есть, – задумался Матвей. – Хотя местные скорее не стада гоняют, а сами за стадом идут. Не разберёшь, кто кого пасёт. Как и наши кочевники степные. Куда стадо, туда и они. Рома, слетай до сотника, скажи, следят за нами, – приказал парень, решив не оставлять пастушка без внимания.

– Добре, – быстро кивнув, отозвался Роман и пришпорил коня.

Вернулся он минут через пять, весело улыбаясь.

– Ты чего сияешь, словно медяк начищенный? – не понял Матвей, разглядывая довольную физиономию приятеля.

– Сотник велел передать, что вельми благодарен тебе и десятку твоему за службу справную, – бодро отрапортовал казак.

– Это всегда пожалуйста, – усмехнулся Матвей, понимая, что доброе слово и кошке приятно."

"Сотня втянулась в длинный поворот между двумя холмами, когда из-за склона выехал десяток всадников на верблюдах.

Казаки тут же изготовили карабины к бою, но нежданные гости, не делая резких движений, остановили верблюдов метрах в пятидесяти от головного дозора. Гамалий, быстро переглянувшись с толмачом, двинулся им навстречу. Полусотники негромко скомандовали: «поглядывай», и бойцы, не поднимая оружия, впились взглядами в гребни холмов.

Стоявший в середине благообразный старец с длинной седой бородой ткнул стрекалом своего верблюда и, выехав вперёд, склонил голову, приложив правую руку к груди.

Дальше начался долгий, неторопливый диалог. Араб что-то объяснял, тыча пальцами в разные стороны, а Ахмет-хан, переведя и получив ответ, переводил его на арабский, так же иногда взмахивая руками. У Матвея складывалось стойкое впечатление, что араб о чём-то просит, а командир пытается вежливо послать его подальше.

Наконец, Гамалий, о чём-то несколько минут посовещавшись с толмачом, задумчиво почесал в затылке и, махнув рукой, кивнул.