Муж в наказание

Моя самооценка, которая и так собирает пыль где-то у меня под ногами, упала ниже некуда. Она просто провалилась под землю и теперь тянет меня за собой на самое дно.

Это не просто оплеуха со стороны Эмира. Это хороший такой удар, после которого он отправил меня в нокаут. На целый час.

Час я не могла опомниться. Носилась по комнате из угла в угол и не знала что мне теперь делать.

Все вещи из гардероба, которые теперь по праву принадлежат мне, собирала прислуга. Бедняжка даже одеться мне помогала, поскольку всё это время я не могла собраться с чувствами.

Чувства…

Будто они у меня есть в самом деле.

Не пойму себя.

Эмир мне даже не нравится, но тогда почему я не могу так просто взять и принять его выбор?

Нет, мозгами-то я всё понимаю, и даже вполне согласна с его выбором.

Анастасия ему подходит намного больше, чем я. По крайней мере, она так уж точно будет ходить по стрункам возле него. Я же не смогу этим похвастаться, зная свой характер и нежелание прислуживать всяким хамоватым мужикам, но что-то подсказывает мне, что внутри я ждала совершенного другого результата.

Сердце, больная моя душа, не оправившаяся от предательства мужа… Они желали успокоения. Исцеления, но никак не очередную подставу.

Дурочка, ну чего я могла ожидать от подобного каламбура?"

"Да хотя бы отдыха! В кои-то веки оказалась за границей, а ласковых волн морюшка даже не почувствовала на себе.

Хватит! Ноги в руки — и пошла отсюда с гордо поднятой головой. Эмир — птичка не нашего полёта, и я довольна хотя бы тому, что ухожу отсюда не пощипанной курицей.

— Госпожа Диана, ваши вещи уже на яхте. Следуйте теперь за мной! — приказывает охранник, появившийся из ниоткуда.

Я растерянно киваю ему. Оборачиваюсь, чтобы обвести напоследок взглядом ту комнату, в которой мне довелось провести свои самые сомнительные в жизни выходные.

Горько вздохнув, я прижимаю к груди свою потрёпанную старую сумочку, которая со мной ещё с самой России. Делаю шаг в сторону выхода и напарываюсь на препятствие. Та самая женщина, что носила мне еду, стоит в проходе.

— Дочка, будь аккуратна, — произносит она кое-как по-английски, а затем обращается к Аллаху уже на своём и уходит.

Охранник провожает её сердитым взглядом и, когда она скрывается за углом, уже в грубой форме требует:

— Не задерживайте господина Каплана! Это может дорого вам обойтись.