Муж в наказание

Как бы мне хотелось верить этой хорошей женщине, но сейчас я могу лишь натыкаться на стены полного неверия и биться об них головой. Эмир воздвиг эти стены вокруг меня. Совместно с Софией.

Вскоре Айсу оставляет меня, заперев дверь на ключ, но ближе к обеду она снова навещает меня, чтобы обновить еду и произнести парочку добрых слов. На мои вопросы о местонахождении Эмира она уже не отвечает: либо действительно не знает, либо ей запретили, что больше похоже на правду.

Специально не включаю в комнате свет, отслеживаю как на вечернем небе сгущаются зловещие краски, заволакивая собой весь горизонт.

Ненавижу грозу, но именно сейчас я вынуждена согласиться с ней. Паршивый день заслуживает соответствующую погоду.

В коридоре слышится какая-то возня, с той стороны замок прокручивают.

— Эмир? — глянув на открывающуюся дверь, слабым голосом озвучиваю свои надежды.

Но в проёме стоит совсем не тот, кто мне нужен. А та, чьё имя и образ я с удовольствием стёрла бы из памяти.

— Не угадала! — нагло произносит София. — Вставай и пошли!

— Я никуда не пойду, пока не увижусь с Эмиром! — в протесте я разрубаю ладонью воздух.

София кривит недовольную физиономию, бубнит себе под нос что-то на родном языке и за руку меня тянет со всей силы.

— Поверь, ты как раз сейчас увидишь его.

— Не трогай меня! — злобно цежу, вырывая из её лап свою руку. — Я сама пойду, только не прикасайся ко мне больше!

Почему она? Почему из всех, кто живёт здесь, именно она пришла за мной?

Можно подумать, я не знаю ответа: София почувствовала власть надо мной. Она и раньше её чувствовала, только тогда у неё не было самого главного козыря. А теперь она обзавелась им. Судя по всему, Эмир принял её сторону. Никаких других аргументов я не могу отыскать в своей голове.

Мы спускаемся по лестнице на первый этаж, где столпилась прислуга.

По телу проходится пронизывающий сквозняк, пробирающийся от распахнутой входной двери, ведущей на веранду. Всё это нагоняет на меня ещё большие опасения.

Из особняка София зачем-то выходит на веранду, выписывая своими бёдрами идеальную восьмёрку, я же опасливо плетусь следом.