Муж в наказание

Пока София замужем за Назаром, новость о её беременности повлечёт за собой клубок сплетен, который, в свою очередь, вырастет до таких размеров, что накроет тенью позора весь род Элмасов.

— Из-за того, что она позволила себе крутить с тобой?

— Ну конечно. Мне было плевать, а чем она думала — я не знаю. Измена — это грех, а измена замужней женщины с братом собственного мужа — это проступок, не заслуживающий прощенья. Каплан подобное не простит.

Боже, как же это всё сложно для моего понимания, особенно, если учесть то, что я попала в такую экстремально-запутанную ситуацию.

Думать становится страшно. А вдруг я ещё себе чего-нибудь надумаю, о чём буду потом жалеть?

— Но ты ведь сам говорил, что София — запасной план на тот случай, если я не смогу забеременеть. Я думала Каплан в курсе вашей интрижки, — двумя пальцами показываю в воздухе жест, обозначающий кавычки."

"— Всё верно. Она — запасной план, но только путём развода и лично благословения Каплана. А пока он добро не давал.

Я подскакиваю с места, точно подо мной раскалились угли.

— Что? Ты женишься на Софии?

Эмир вдруг прыскает со смеху и смешно кривит свой рот, словно его сейчас стошнит.

— Нет, ты что? Чтобы я женился на Софии? Скорее, нас поглотит Солнце, чем я возьму в жёны Софию, — он тянется ко мне, удерживая руль одной рукой. По щеке меня поглаживает и оставляет на ней лёгкий поцелуй.

И снова я улавливаю этот редкий момент флирта, реагируя на него так, будто он признался мне в безграничной любви.

Что будет со мной, если когда-нибудь я дождусь и признания от него? Меня уж точно поглотит то самое Солнце, о котором велась речь. От этого и грустно становится.

— Нет, просто мало ли, — отмахиваюсь, пытаясь всё свести в шутку, — вдруг у тебя изменились планы.

Эмир подхватывает мою руку. Некоторое время он молча перебирает мои пальцы, потом подносит ладонь к прохладным губам своим, концентрируясь на дороге.

Если я правильно поняла, дорога эта ведёт в Текирдаг. И ехать нам осталось по меньшей мере километров тридцать.

— София не такая уж и глупая, — нарушает молчание, не выпуская моей руки из своей. — Она знает, чем её беременность может обернуться.