Моя дочь – волчица

Во время разработки ограбления Игорь учил ее называть мужчину именно «объект». Говорил, что это поможет, обезличит его в ее глазах и нападать будет легче. Он не понимал, что Ольге этого и не нужно. Она видит перед собой мужчину, человека, у которого готова отнять жизнь. Все это молнией проносится в ее голове, пока мужчина проходит вперед. Сейчас он стоит к Ольге спиной и даже не подозревает о ее присутствии. Резкий прыжок из темноты, разворот, удар. На лице мужчины отражается испуг, смешанный с удивлением. Он приоткрывает рот, словно пытается позвать на помощь, но не издает ни звука.

Ольга мрачно усмехнулась своим мыслям и очнулась от задумчивости. Ее руки мелко подрагивали от пережитого вновь нервного возбуждения.

В этот момент в комнату вошел Гуров с папкой документов в руках.

— Здравствуйте, Ольга Владимировна. Неужто окружающая обстановка произвела на вас такое сильное впечатление?

Некоторое время Лев наблюдал за арестованной девушкой из соседнего помещения, и от его внимания, разумеется, не ускользнуло ее состояние.

— И с чем связаны подобные перемены? — хмыкнула она вместо ответа. — Наручники, стены без окон. Раньше все допросы проводились в кабинете. Вы меня стали бояться, полковник?

— Не говорите глупостей! — Гуров сел за стол напротив Ольги, вынул из папки и разложил документы. Помедлил немного, а потом неожиданно широко зевнул, прикрывая рот рукой.

— Что с вами, Лев Иванович, вы устали?

Вместо ответа Гуров зевнул еще раз.

— Работа сыщика такая утомительная, — равнодушно прокомментировала Ольга.

На самом деле сейчас Гуров проверял свою недавнюю догадку. Простейший тест на признаки социопатии у личности — это зевок. Зевота «заразна», это знают все вокруг, но немногие понимают, почему именно у нас возникает желание зевнуть, когда мы видим зевающего человека. Оказывается, из чувства сострадания и сопереживания, которого начисто лишен социопат. Коим и является, похоже, Ольга Копылова.

— Вас сюда доставили не для допроса.