Сказка на ночь

Пальцы скользят по внутренней стороне бедер, проходятся по отметинам, которые остались после разрыва ткани. Уверенный жест. Властный.

— Мне восемнадцать, — шепчу я. — Это наша первая ночь. И я совсем не чувствую ненависти. Ты не враг. Не палач. Ты мой любимый. Мужчина. Дракон.

Опасная игра. Куда я пытаюсь проникнуть?

— Игривая ты, — криво усмехается Рустам. — Принцесса.

Проводит ладонями по моим ногам. Поглаживает очень нежно и ласково, а потом забирается под резинку чулок и оттягивает, резко отпускает, позволяя ужалить обнаженную кожу.

Боли нет. Или просто не замечаю?

— Я хочу тебя, — признаюсь искренне."

"В черных глазах сверкают искры одержимости. Красиво очерченные губы растягиваются в угрожающей ухмылке. Весь его вид обещает показать мне настоящую темноту. Но я не боюсь. Ни капли. Доверяю ему. Открываюсь. Оголяю самую суть.

Рустам целует меня. Так, как никогда прежде не целовал. Там.

Он обрушивается, будто стихия. Смертоносный ураган. Разрушает все на своем пути, а дальше дарит новую жизнь.

Я задыхаюсь.

Я не понимаю, как ему настолько быстро удается довести меня до исступления? Когда? В какой момент он полностью отбирает контроль? Неужели я была заведена до предела? Я теряюсь, ничего не способна проанализировать, лишь вскрикиваю и всхлипываю.

Его язык скользит по складкам моей плоти. Пробирается вглубь и ударяет по таким точкам, что меня колотит.

Ритм постоянно меняется. Темп. Частота.

Очень скоро я вообще перестаю соображать, что именно происходит вокруг. Ощущаю себя искрящимся проводом, по которому пустили безумный разряд электрического напряжения.

Только одна навязчивая мысль пульсирует в помутневшем сознании.

Я могла испытать все это гораздо раньше. Реально. Еще несколько лет назад. Я могла ему сдаться.

Столько времени упущено зря. Столько жутких и одиноких ночей прошло в кошмарах.

Проклятье. Какая жестокая ирония. А ведь Рустам и был моим главным ужасом. Тем, кто являлся в чудовищных снах и терзал, мучил, причинял адские страдания. Он заставлял меня вскидываться посреди ночи, просыпаться от собственных криков в густой тьме.

Я и теперь кричу. Только иначе. Грязно. Порочно. От удовольствия.

Раньше мне казалось, так не бывает. Ну может только в кино.