Сказка на ночь

Я отдаюсь порочным ласкам. Прогибаюсь и льну навстречу всем существующим грехам. Упоительное чувство. Опьяняющее. Чистый экстаз.

Муж не спешит избавлять меня от свадебного наряда. Наоборот, поправляет основательно съехавший лиф, бережно расправляет сбившуюся юбку. Кажется, его очень заводит то, как я выгляжу. Невинно. Соблазнительно. Противоречия до жути возбуждают.

— Я теперь похожа на принцессу? — спрашиваю, судорожно глотая разгоряченный воздух. — Да?

— Ты и есть принцесса, — невозмутимо заключает он. — Всегда.

— Нет, я в другом смысле, — улыбаюсь. — Пышное платье. Кружева. Множество украшений. Я сейчас выгляжу, как настоящая принцесса из сказки.

Рустам ухмыляется, скалится, словно голодный зверь. Заваливает меня на спину, нависает сверху, опираясь на крепко сжатые кулаки.

— А ты мой принц, — обхватываю его мятежную голову ладонями, провожу пальцами по щетинистым щекам. — Опасный. Темный. Мрачный. С печатью порока на благородном лице. Детские сказки милые и светлые. Но у нас совсем другая история.

— Я не принц, — поворачивается и целует мои запястья, сперва одно, после другое, таким простым жестом умудряется напрочь сбить пульс. — Я тот, кто сожрет любого, если тот посягнет на мое.

— Дракон, — выдыхаю и не узнаю собственный голос.

— Я буду пировать на твоей плоти ночь напролет, — раздается хриплое обещание, острием ножа вонзается под кожу.

Рустам задирает мою юбку до талии. Действует напористо и ловко, устраивает все таким образом, что полностью обнажает мои ноги.

Я против воли издаю надсадный стон. Выгибаюсь дугой.

А муж ведь только начал играть. Держит на хрупкой грани. Еще не сталкивает в бурлящий костер страстей, не погружает в адское пекло. Умело распаляет чувства. Пробуждает острое и дикое желание.

Его дыхание ласкает бедра. Дразнит и будоражит, заставляя покрываться колючими мурашками, принуждая мелко подрагивать.

Жесткое давление. Резкий треск ткани.

Это длится буквально мгновение. А после меня обдает холодом. Нижнее белье отправляется прочь.

Рустам грубо сдергивает с меня то, что ему мешает. Раздирает в клочья единственным движением, обнажает в самом сокровенном месте.

— Ты делаешь то, что тогда хотел? — спрашиваю прерывисто, приподнимаюсь на локтях, желая встретить пылающий взгляд хищника. — Ты можешь представить, будто мы снова там. В прошлом. В моей спальне.