Мой темный Ромео

 Если что-то нужно починить, с Верноном можно связаться по интеркому. Я понимаю, что тебе будет трудно, но воздержись от разрушения моей собственности. Вернее, в городе.

— Да, потому что я разрушитель между нами, — я встала, отряхивая свой халат. — Братан, ты продаешь смерть за жизнь. Кого ты пытаешься обмануть?

— В следующий раз, когда ты меня «Братанешь», я конфискую твой телефон, телевизор и закуски. Ты будешь вести себя в соответствии со своей родословной.

— Я человек, а не золотистый ретривер, — затем, прежде чем я забыла, добавила, — Братан.

Мускул на его челюсти грозил выскочить из-под кожи.

— Вы закончили, мисс Таунсенд?

— Я еще не начала, — я схватилась за ручку чемодана. — Ты продаешь оружие тому, кто больше заплатит…

— Это фактически неверно. Это не всегда самая высокая цена, — этот разговор уже казался ему скучным. — К сожалению. Патриотизм является корнем большинства геополитических споров и слишком раздвоен для всесторонних людей.

Это было даже не по-английски, поэтому я отказалась говорить по его поводу.

— Ты обеспечиваешь армии средствами для убийства людей, — объяснила я, как будто он был малышом. — И ты делаешь это ради денег.

— Это не ради денег.

— Если не деньги, то что?

Он не ответил, подойдя к входной двери и введя код. «4-8-1-0-4-3-2-4-1-5.

— Код меняется раз в неделю.

— Ты думаешь, я это запомню?

В этот момент мне нужно было построить ковчег, чтобы не утонуть в его дерьме.

— В сарае есть раскладушка, если ты забудешь.

Я не пошевелилась, отказываясь шагнуть в дверь, не восстановив хоть немного своего достоинства.

— Давайте заключим сделку.

— Сделка требует от каждой стороны наличия рычагов влияния. Я знаю, что у меня есть. Я также знаю, чего нет у тебя. Что ты можешь обменять?

Его совершенно неподвижный взгляд пронзил мое тело, от головы до босых ног.

Я подавила желание прикрыться и захлопнула дверь, чтобы занять руки.

— Не это. Мое тело – это храм.

— И ты засоряешь этот храм тремя тоннами нездоровой пищи с сахаром и искусственным вкусом каждый третий час.

Судя по его восторженному отзыву обо мне, я подозревала, что он хочет, чтобы я была более утонченной.

Я отказалась.

Если вам нужно было изменить себя, чтобы вас приняли, значит, вам изначально не нужен был этот человек в вашей жизни. Потому что они хотели быть не с вами. Это была их версия себя.

Не было бы вселенной, в которой я уступила бы ожиданиям Ромео Косты.

Грустный смех пронзил мою грудь.