Мой темный Ромео

 — Потому что я не позволю тебе больше унижать мою дочь.

Я, может быть, и был жалким человеком, когда втянул его брыкающуюся и кричащую дочь в брак, но он был первоклассным придурком, позволившим это сделать.

И за то, что изначально свел ее с Мэдисоном Лихт, который был мешком ЗППП, завернутым в выпускной костюм.

Он открыл коробку с кольцом.

Его брови взлетели до линии роста волос, горло сглотнуло.

— Это подойдет."

"Пройдя мимо него, не отвечая на его слова, я осмотрел его фойе. Моей будущей жены нигде не было видно.

Уменьшенная, хмурая ее копия — ее младшая сестра, как я предположил — стояла у подножия лестницы, крепко держась за перила, наблюдая за мной, как лесное существо, готовое наброситься на свою добычу.

Я взглянул на свой «Ролекс».

— Где Даллас?

— Наверху, отдыхает, — бывшая мисс США Наташа Таунсенд вышла из кухни в респектабельном платье в мелкую клетку, оценивая меня с откровенной ненавистью.

К счастью, Даллас унаследовала лицо матери, а не отца.

— От чего?

У девушки точно не было плотного графика.

У нее не было никакого графика.

— Перестань дразнить ее. Ты поймаешь больше пчел с медом, — Шеп взял меня за локоть, проводя в гостиную. — Буквально вчера ты опозорил ее, разорвал ее помолвку и силой заставил ее выйти замуж. Ей нужно время, чтобы переварить все.

Мне никогда не приходило в голову, что Даллас Таунсенд была трехмерным персонажем с потребностями, желаниями и мотивами.

С того места, где я стоял, она казалась великолепным, избалованным, капризным ребенком, привыкшим добиваться своего.

Она питала несколько нездоровую одержимость едой.

Я предложил себе сесть во главе стола перед шокированной семьей Даллас.

— Скажите ей, чтобы спустилась прямо сию же секунду. Нам нужно обсудить расписание.

Младшая Таунсенд бросилась вперед.

— Почему бы тебе не пойти нах…

— Иди за своей сестрой, Фрэнклин, — губы Шепа скривились, — и сразу после этого вымой рот куском мыла.

Покачав головой, Фрэнклин покинула мою периферию. Шеп остался стоять. Как и его жена.

Они оба сердито посмотрели на меня.

Я достал свой кожаный деловой портфель и начал раскладывать на столе документы, которые должна была подписать моя невеста.

— Чашка кофе была бы к стати. Без сахара, без молока, без слюней.

Глаза миссис Таунсенд вспыхнули. В конце концов южное гостеприимство победило ее обиду.

Она поспешила на кухню. Наверное, Иисус набирает номер с просьбой вызвать у меня ранний и смертельный сердечный приступ.

Шеп оперся на спинку стула.