Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

У меня в телефоне были заметки с пометками квадратов, где примерно лежали погибшие пацаны. Этих одиннадцать человек мы не смогли забрать сразу, потому что позиции постоянно переходили из рук в руки. Группа эвакуации и мои командиры групп получили задание обнаружить их и доставить их на «Аид». Пока человек не найден, он считается живым. А пока он жив, семья не может получить компенсацию за его смерть. Поэтому для меня было важно установить личность, чтобы отдать тело родственникам и дать им возможность получить компенсацию.

Некоторые бойцы, бывшие под моим началом, сидели всю жизнь и причинили много боли родным и близким. Деньги, которые выплачивались за их смерть, были компенсацией, которую они могли оставить после себя матерям, женам и детям.

Группа, которой командовал «Мегатрон», стала зачищать свой ров от леса к заправке. С «Мегатроном» работать было легко: я ставил ему задачу, и он отвечал «Есть». У него было все хорошо с субординацией и не возникало дополнительных вопросов к приказам вышестоящего командира.

Ребята «Мегатрона» в тот период превратились в археологов. Когда они приходили и приносили найденное, они по полчаса отмывали руки от глины. Они брали шомпол и тыкали в стенки рва, выискивая пустоты, в которых могло засыпать нашего или украинского солдата.

Первым мы нашли «Керамзита», который погиб, прикрывая отход своей группы. Он лежал вниз лицом в траншее уже две недели. Украинцы поленились его вытащить оттуда и просто ходили по нему, как по мостовой. «Керамзита» пришлось выдалбливать из земли, чтобы не повредить лицо, которое вмерзло в грунт.

Телефон с картами у него не нашли, а это значило, что он попал к противнику, и украинцы теперь осведомлены о наших позициях. Это был первый утраченный планшет с данными, но, глядя на «Керамзита», я не чувствовал переживаний из-за планшета — печаль была связана с ним. С парнем, который отдал свою жизнь и не отступил ни на метр со своих позиций. Я сопереживал ему и его родным, которых я не знал. Мне было грустно от того, что его жизнь, какая бы она ни была до этого момента, закончилась.

По группам, пока они там копали, постоянно работали минометы и АГС противника. Поэтому основные раскопки проводились в сумерках и на рассвете. Ближе к заправке они выкопали еще троих наших бойцов, которых мы опознали по форме и жетонам. Позднее нашли еще двоих, которых присыпало в их маленьком блиндаже. Один из бойцов вспомнил, что именно тут была небольшая лисья нора, в которой они и лежали вместе с украинским солдатом.