Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

У каждого из вас есть шанс захватить его хорошую экипировку и его оружие. Если вы будете думать и слушать своих командиров, то все будет хорошо.

Я видел их округлившиеся глаза и побледневшие лица.

Поскольку я переживал, что нас «срисуют» и опять будут «долбить» из минометов, то объяснил им, что мы будем идти с интервалом в семь метров и производить шепотом перекличку каждые десять минут.

— Слушать меня необходимо беспрекословно. Если я говорю бежим, то мы бежим! Если я говорю, что мы падаем — мы падаем!

Они утвердительно закивали в ответ.

— У вас есть тридцать минут, чтобы поссать и подготовится к выходу.

Я чувствовал себя сталкером, из фильма Андрея Тарковского.

Когда мы шли, началась контрбатарейная борьба между украинскими и нашими артиллерийскими расчетами. Было хорошо видно, как летели мины, за которыми стелился красный огонек. Туда, откуда они вылетали, стали лететь украинские снаряды. Грохот на передовой не прекращался никогда.

Мы дошли до труб, по которым можно было пролезть на другую сторону, но я принял решение вести бойцов по посадке.

«Лучше быть уставшим, но живым», — подумал я.

С этой стороны дороги лесопосадка упиралась в завод пластиковых изделий «Рехау». Завод был окружен бетонным забором и занимал огромную площадь. Он состоял из нескольких больших корпусов с хорошо укрепленными подвалами.

Это было единственное скопление зданий в этой местности, которое можно было использовать как укрытие и перевалочную базу.

Подойдя вплотную к забору, я крикнул фишкарю пароль, и он пропустил нас. Короткими перебежками с интервалом в семь метров мы добрались до здания, в котором был оборудован совместный пункт эвакуации и медицины. В этом месте вместе с нашими медиками и эвакуацией находились эвакуация и медики отделения разведчиков.