Мой любимый враг

— Хочешь чая? — спросил Деметриус. — Я вскипятил воду и сделал тосты.

Девушка села, стараясь не обращать внимания на покалывание в руке, сжимавшей фонарь.

— Спасибо.

Она взяла кружку, подержала ее в руках, затем сделала глоток.

Деметриус стоял перед ней в поношенном свитере, джинсах, скулы покрыты густой щетиной — от былой презентабельности не осталось и следа.

— Полагаю, бесполезно спрашивать тебя о том, как ты провела ночь, — заметил он.

Что-то в его тоне насторожило ее — чувство вины?

— Лучше, чем я ожидала, — сухо ответила она, склонив голову над кружкой.

Он подал ей тост.

— Как ты сделал чай и тосты?

— На огне камина, пока ты спала.

Ей стало неловко от мысли, что он находился здесь, вне всяких сомнений наблюдая за ней спящей.

— Не переживай, — начал он, словно прочитав ее мысли. — Я тебя не трогал. Завтракай, а потом мы можем отправиться на прогулку.

— Куда?

— К водопаду. Прекрасные пейзажи, если повезет, увидим лирохвоста.

— Если повезет, то мы, возможно, даже найдем дорогу назад, — саркастически пробормотала она и откусила кусок тоста.

— Уверяю тебя, Мэдисон, я знаю эту местность как свои пять пальцев. У тебя с собой есть подходящая обувь? — спросил он, забирая пустую тарелку и кружку.

Она кивнула и отправилась в спальню готовиться к следующему испытанию. Не то чтобы она не любила походы — наоборот, любила и могла составить длинный список попутчиков, с которыми бы охотно отправилась в путь. Вот только Деметриуса в этом списке не было.

Они шли по тропинке, ведущей в лес, деревья башнями нависли над ними, листья трепетали от легкого дуновения ветра.

Мэдисон шла за ним и рассматривала крепкие ноги, напрягающиеся при ходьбе по корням деревьев и кочкам. Было видно, что этому человеку не чужды занятия спортом, руки привыкли к тяжестям и нагрузкам, и, судя по легкой поступи, он находился в прекрасной физической форме.

Она заставила себя опустить глаза. Под ногами стелился мягкий лишайник, цепляющийся за поваленные бревна вековых деревьев, их кривые ветви загораживали тропинку, словно предупреждая людей не вступать в темный глухой лес.

Тропинка с каждым шагом становилась тенистее, вокруг царило молчание, изредка оглашаемое звуком крыльев птиц или скрипом сучка под ногой."

"Скоро воздух сделался влажным, слышалось журчание воды. Мэдисон вгляделась в завесу ветвей и увидела извилистый берег речушки. Вода омывала речные камни, гладкие и блестящие, отполированные годами.