Мой любимый враг

В два часа ночи скрипнула входная дверь.

Мэдисон задержала дыхание, едва заслышав его шаги. Но ничего не произошло — сначала раздалось шипение крана, затем звук закрывающейся двери и… тишина. Что он там делает?

Непрошеные картины вставали перед мысленным взором. Вот он ложится на большую кровать, вытягивает свои длинные загорелые ноги, грудь равномерно поднимается и опускается, суровая складка между черных прямых бровей разглаживается, черты лица смягчаются. Греческий бог отходит ко сну.

Как не клясть себя за дурацкие мысли! Мэдисон схватила подушку, перекатилась на спину и уставилась на блики света, танцующие на потолке.

Черт бы его побрал! Она не желает думать о нем. Она не хочет вспоминать сладость его губ, представлять тяжесть его тела, прижимающего ее к матрасу, страсть и наслаждение, которые обещает их совместное путешествие к блаженству…

Она не должна сдаваться!

— Доброе утро! — Мэдисон весело влетела в кухню.

Деметриус обернулся. Перед ним стояла девчушка, едва очнувшаяся ото сна.

Румяные щеки, растрепанные белокурые волосы, блестящие глаза, правда, одежда помята, словно в ней спали всю ночь. Он вдруг почувствовал внезапное желание.

— Доброе утро. — Он взял кофейник. — Как спалось?

— Как спят первую ночь в незнакомой постели. — Девушка подняла руки над головой, потянулась и широко зевнула.

— И в скольких постелях ты ночевала? — спросил он, подавая ей чашку с кофе.

— Я не обсуждаю бывших любовников. — Она сделала пробный глоток.

 — Сравнивать несправедливо."

"Он молча наблюдал за ней некоторое время, затем уголки его рта слегка приподнялись.

— Достойно похвалы. Я не привык к такому благородному отношению со стороны знакомых женщин.

— Вероятно, тебе стоит изменить мнение о женщинах, с которыми ты общаешься.

Деметриус бросил на нее внимательный взгляд.

— Вероятно. Я ненадолго уеду, — сказал он. — Тебе нужно остаться одной, чтобы приготовиться.

— Удивлена, что ты доверяешь мне, — не удержалась она.

— Я предусмотрел, что ты можешь удариться в бега.

Сейчас сюда придет косметолог, и, когда она закончит, Джереми Майллс проводит тебя в Ботанический сад. И хотя предстоящее торжество лишено для тебя смысла, позволь напомнить, от него зависит свобода твоего брата. Просто помни об этом, если и в последующие месяцы мысли о мести нечаянно придут на ум.

— Я всего лишь страстно желаю заставить тебя сожалеть о твоем низком шантаже, вынуждающем меня к замужеству.