Мой чужой папа (СИ)

— Это ж хорошо! Пойду вам ужин приготовлю. Николаша спит, и ты легла б, отдохнула. Совсем не бережешь себя, уже синяки под глазами. Мужчины не любят замученных женщин, им куколок подавай!

Зинаида чуть ли не силой подняла меня с дивана и подтолкнула к лестнице, что вела на второй этаж, где располагались три спальни, одна из которых была моей.

Медведь вернулся на диван, а я уже на последней ступеньке поняла, что имела в виду женщина.

Боссу все равно, как я выгляжу! Мы с ним не вместе, и я уж точно не стану прихорашиваться к его приходу! А вот в сон действительно клонило.

Глава 9

Лео

— Миша, где договор? — рычал я в трубку. — Что значит «на столе»? Думаешь, я ослеп?! Тащи сюда свой… — Покосился на посетителя и закончил ледяным тоном: — Портфель.

Чертыхаясь про себя, вежливо пообещал:

— Скоро поедем, Дмитрий Деомарович. Как только мне принесут один документ.

— Я никуда не спешу, Леванид, — отмахнулся наш семейный доктор, — да и тебе стоит снизить темп жизни.

— Он мне не грозит, — искренне улыбнулся я. Дядя Дима так забавно произносил «Леванид», что невозможно было остаться равнодушным. Полагаю, когда я был маленьким, делал он это специально, а потом вошло в привычку. — Ирина этого не допустит.

— Дочка жалуется, что ты часто пропускаешь трапезу, — неодобрительно покачал седой головой доктор.

Дверь распахнулась, и в кабинет ворвался взмыленный Миша. Он вихрем пролетел к окну, по пути проверяя каждый листочек.

Я не сдержал смешка:

— Действительно портфель! И где ты откопал такой раритет?

— А мне нравится, — важно покивал Дмитрий Деомарович. — В наши дни…

— Простите, — в пояс поклонился Миша и обратился ко мне: — Повелитель, еще что-нибудь желает?

— Твою душу, — хищно ухмыльнулся я. И пояснил: — Со мной едешь.

— Леонид Григорьевич! — взвыл Миша. — У меня стол завален…

— Знаю, — просматривая договор, отмахнулся я.

— Слушаюсь, — снова поклонился адвокат и, пятясь к двери, добавил: — Только не отгрызайте мне голову.

— Не обещаю, — буркнул я и, когда дверь закрылась, тихо рассмеялся. — Шут гороховый. Но умный, подлец. Вундеркинд, выпускник с отличием. Любого прокурора за пояс заткнет.