Мой босс по прозвищу Сатана

Я не знаю почему именно этот коктейль, может быть слышала в каких-то фильмах про сильно богатую жизнь.

— Иванова, не налегай, — сквозь зубы говорит мне Сата́нов.

Официант непонимающе смотрит на меня, а я готова стукнуть себя в лобешник. Пока я вспоминаю всё что знаю с уроков английского, босс говорит за меня. А через некоторое время мне приносят фреш из апельсина.

— Это не коктейль, — капризно и недовольно бурчу я, отпивая глоток.

— Алкоголь тебе и не нужен, — строго произносит он, — по крайней мере не сейчас.

Сата́нов резко смотрит в сторону и быстро произносит:

— Сядь ко мне на колени.

— Чего? — непонимающе произношу я, — вот ещё! — и снова отпиваю глоток фреша.

— Я. Сказал. Быстро, — затем повернув ко мне голову и приспустив очки с глаз, добавляет, — иначе исполню то, что не завершил в спальне, — голос при этом бархатный, с хрипотцой на последнем слове.

Я медлю, а его губы медленно расплываются в улыбке.

— Мне нравится ход твоих мыслей, Иванова, — добивает он меня.

Тело и вправду мой главный предатель.

— Не сиди бревном, Таня, дай мне почувствовать, что я самый твой желанный мужчина, — командует Андрей Александрович.

Наши взгляды встречаются, я решительно снимаю очки с его лица и они летят на стол.

— Ты можешь мне сказать, что происходит? — перехожу на шёпот.

Одна его рука по-собственнически ложится на мою попу, а вторая властно обхватывает колено и медленно двигается под юбку.

— Нет, — также шепчет он, — но доверься мне, ни на что не реагируй, как бы тебя не триггерило.

Ага, самому непредсказуемому, опасному, дерзкому, притягательному мужчине на свете, сатане во плоти?! Хм… Конечно, да!

Я кладу на его скулы ладони и ласкаю, наслаждаясь колкой щетиной, уже грозящей вырасти в бороду, которая его совершенно не портит. Прохожусь по его щеке своей, ластясь. По глазам вижу, что такого он явно не ожидает, но по сначала напрягшемуся торсу, а затем расслабившемуся понимаю, что ему нравится.

— Мля, Иванова, — на лице такая мука, что я хихикаю в ладошку и сижу смирно, обвив его шею рукой, нежно царапая его затылок.

Я едва не йокаю, когда к нам за стол садится Оболенский и господин «Жирный затылок». Я наконец-то вижу его обрюзгшее лицо с несколькими подбородками, маленькие глазки похотливо бегающие по моей фигуре, и пухлые ручки с кольцами поспешно вытирающими пот.