Руки моей не отпускай

– Прости, – повинился Василий. – Все понимаю. И что тебе на плечи лишний груз снова перекладываю – придется тебе присматривать за моим хозяйством, – и что манкирую своими обязанностями, и что сына на вас оставляю, – и повторил: – Все понимаю. Но сейчас из меня никакой руководитель и отец никакой, наоборот, могу наломать дров от маеты своей душевной, потом не исправишь. – И признался совсем уж откровенно, чувствуя, как слезы подкатывают: – Такая муть в душе, бать, что дышать трудно. Что такое – не знаю…

Степан Юрьевич встал, подошел, крепко обнял Василия и ободряюще похлопал по спине:

– Все бывает, сын, все бывает, – и отстранил от себя, заглянув ему в лицо.

 – Это тебя виной корежит, коришь себя, что недоглядел, не понял всю серьезность неприятностей. А может, и еще что другое. Отправляйся. Тайга, она поможет и выправит. А за нас не беспокойся, справимся.

– Спасибо, – поблагодарил от всего сердца Василий.

– И что, ты вот прямо так взял и уехал в тайгу? – удивилась Ася, снова приподнявшись на локте и вопросительно посмотрев на него.

– Можно сказать и так. Места на границе тайги и лесотундры дикие, красивые до оторопи душевной. Иногда так солнце ляжет, что смотришь и аж дышать забываешь, так перехватывает от красоты великой! Бывало и так.

– И сколько ты в этих красивых местах пробыл?

– Чуть больше года.

– О как, – впечатлилась Ася. – Однако долго ты себя искал, Василий Степанович.

– Да, долго, – согласился он, погружаясь в воспоминания.

Захарычем звали начальника биостанции, заведовавшего большим научным и жилым хозяйством, а полное его имя – Василий Захарович Кузьмин.

Много лет он жил на станции с женой и детьми, успевшими и вырасти, и в город уехать, и отучиться там, и вернуться. Но вернулись не все, а пока только один сын из четырех детей. С ними проживала еще одна сотрудница с мужем, но без детей. Так, впятером, и тянули хозяйство и серьезную научную работу. В сезон, понятное дело, становилось людно да шумно, приезжали ученые, студенты, работы было много, на всех хватало.

В свое время здесь проводила научную работу и мама Василия, когда станцией руководил отец нынешнего начальника Захар Иванович, да и Степан Юрьевич тут бывал не один раз. Так что связи с этой семьей, можно сказать, были давнишние, устоявшиеся.

Сюда-то и приехал Василий, как на перевалочный пункт, где есть еще связь с миром, базовый лагерь в некотором роде. Отсюда и отправился на кордон в сопровождении здорового, высокого, крепкого угрюмого, молчаливого мужика Ивана.