Мое темное счастье

Совместными усилиями маги поставили непробиваемый щит на город. Лир не хотел, чтобы пострадали жители, решительно собирался устроить битву на подступах к столице. И Тезуэль приближался, а мое время стремительно заканчивалось.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Первым февральским утром я встала в темноте, зажгла свечу и отправилась перепроверять вещи. Спать уже не хотелось, я нервничала и решила заняться делом. Шкатулку с письмами мамы и Лира решила оставить; аккуратно развернула ее портрет, полюбовалась и тоже убрала.

Гребень лежал в сумочке давно, кулон отца я даже не снимала. Так увлеклась, что чуть не положила туда и лимфила.

С отцом попрощалась еще вчера. Он объяснит остальным, друзья поймут.

— Стоило предупредить заранее, что ты сегодня уходишь, Ари, — сказал Лир, поглаживая Лучика. — Надолго?

Что тут скажешь?

— Проводишь меня?

Лир озадаченно посмотрел на меня, поднялся, подошел ближе.

— У меня цветок жжется, дайари. Обманываешь? И в чем именно?

Интересно, а почему у меня не горела рука, когда он отправился на границу ставить щиты?

— Потому что я тебе не лгал. Скажи правду, Ари. Ведь мы только и делаем, как ссоримся из-за недомолвок!

— Давай поговорим на берегу, Лир, — попросила я, чувствуя себя виноватой.

Спорить мой маг не стал. Собрался быстро, подхватил на руки лимфила, и вскоре мы покинули дом.

Нас никто не провожал, все еще спали.

Пока добирались до моря, молчали. Лир вглядывался в темноту, я волновалась и кусала губы. Остановилась на берегу, слушая шум морских волн. Сегодня они были чересчур говорливые, нуждались в собеседнике и готовы были выболтать тайны.

— Я должна оказаться в воде вместе с тобой, Лир.

Не знаю, что подумал мой маг. Его мысли уловить, сколько ни пыталась, не получалось. Закрыл? Или я просто не могу сосредоточиться?

Море так и манит к себе, зовет… Лир молча подхватил меня на руки, зашел по пояс в ледяную воду.

— Достаточно? — спросил спокойно.

— Да.

Я опустила ноги, позволив им превратиться в хвост, обняла Лира крепче.

— Что происходит, Ари? — не утерпел он.

— Обними крепче и не отпускай.

Послушался. Выдержка у него почти идеальная. На его месте я бы засыпала вопросами, выудила правду…

Его глаза, наполненные серебром, встретились с моими.

— А теперь закрой глаза.