Мир, который без меня. Альтернативный гей-роман. Книга 1.

Взрыв души, что льется сквозь них сияющим счастьем. Поблескивающие камушки в ушах. Дрожащая полуулыбка. Это словно моментальный снимок, запечатленный сознанием Маккены, отпечатанный навсегда на самой тонкой ее мембране.

— Рой, — нежный звук, словно бабочка коснулась раскрывающимся крылом тонкой струны. – Рой.

И вот руки уже обвивает шею. Энди целует неожиданно, особенно как-то. Поцелуй благодарности, куда вложено столько чувств, что Маккена не готов. Это впервые. Обескуражен? Да. Удивлен? Да. Смят? Еще как. Обнимает руками худощавое тело, а оно кипит, словно Посейдон вздымает в нем великие волны.

Падший ангел, что выбрал земную плоть. Грех, который может быть грехом, только если это не бог дал человеку силу таких чувств. Демон, что искушал ангела, или ангел, соблазнивший демона? Это не ад, не рай. Третье измерение со своими законами.

— У меня ноет все тело, — говорит Энди, лениво переворачиваясь на живот. — Посмотри, крылья-то хоть на месте?

Рой целует теплую влажную кожу между лопатками.

— Чуть помялись, а так - ничего.

Мальчишка вдруг заливается хохотом.

— Ты чего? — недоумевает Маккена.

— Будешь смеяться, если скажу.

— Ну, так давай. Не все ж тебе одному.

— Мне кажется, — парень едва может говорить между накатывающим смехом, — я похож сейчас на голубя, разодранного кошками. Тушка, а вокруг перья.

Улыбка Маккены расползается.

— Для голубя ты слишком мелкий. В самый раз воробей.

— Э-э-э! — возмущается Энди. — Не надо грязи! Посмотри, какие крылья!

— Вижу, — парирует Рой, стараясь ущипнуть парня за лопатку.

 — Знатные. Ни дать ни взять, орлиные!

— Знаешь, — говорит парень с нотками грустинки, — даже если у меня больше ничего не будет, я все равно счастлив. Вспоминая этот день, можно еще долго жить.

Холодная струйка пробежала внутри Маккены. Обожгла. Научила чему-то. Что такое счастье? Миг? Воспоминания? Оно разное. Непохожее одно на другое. Для каждого свое. Мальчишка, которому оно неожиданно выпало, запомнил, аккуратно спрятал в какую-то коробочку, чтобы в отчаянные минуты жизни достать, приоткрыть крышку и просто ощутить его запах.

Странно. Рой именно так и подумал. В юную оболочку тела загнан дух, которому известно страдание. Оно и сейчас там. Оно будет там всегда. Рана, едва прикрытая тонкой кожей, что начинает кровоточить, если чуть нарушено зыбкое равновесие. Страшно. Хрупкий сосуд. Да, со временем он обрастет жесткой толстой кожурой, но внутри навсегда останется треснувшим тонким стеклом.

Рой погладил парня по волосам. Нежно.