Милаха

Тем более, ты видела тех, из фойе? По сравнению с ними мы тут все немного того…

– Так это профессиональные модели Рашн топ Стар, они здесь просто для картинки! Чего им в конкурсе-то делать? С нами тягаться? – она рассмеялась, мило морща носик. Зубки – как жемчужинки.

Чем больше я на неё смотрела, тем невероятнее казалась мне её красота – какая-то светлая, прямо-таки ангельская.

– Кристин, сколько тебе лет?

Она удивлённо захлопала ресницами:

– Двадцать…

Да ладно… Ага. Так я и поверила.

– Нет, серьёзно? Я никому не скажу, если ты шифруешься.

– Да правда! А что?

Я глянула на неё внимательнее. Хм… А может, и правда двадцать. Несмотря на кукольное личико, на белокурые волосы и светлую, словно бы светящуюся кожу – то есть всё то, что вкупе с хрупкой фигуркой и создавало ощущение детской чистоты, где-то на дне огромных глаз лежала серьёзная сосредоточенность, словно сквозь прорези в театральной маске на меня смотрел умудрённый опытом актёр.

– Да просто… – Даже как-то не по себе стало от этого неожиданного открытия.

– Да, не ты одна! – небрежно махнула та рукой. – Меня вообще всерьёз никто не воспринимает. Скука! Я потому и сбежала в Москву, что здесь свобода!

– В смысле сбежала?

– Автостопом!

– Да ладно?

– Правда! Знаешь, как весело!

– И как же ты тут живёшь? Устроилась на работу?

– Нет пока. Я же всего неделю назад приехала.

Ага! Попалась. Вчера-то говорила, что почти местная.

– Пока развлекаюсь, а там видно будет.

– Вот ты отчаянная!

– Спасибо!

А я вообще-то не похвалить её хотела, а даже наоборот…

***

За два часа до начала мероприятия в гримёрку прибежала девушка, что стояла до этого в холле за стойкой и, шустря между участницами, нагло заглядывая в лица и окидывая с головы до ног оценивающим взглядом, раздавала некоторым из нас какие-то листы:

– Вам нужно подписать дополнительное соглашение и пройти дополнительный кастинг, иначе вы не допускаетесь к участию в конкурсе.

Учитывая то, что и мне достался листочек – забавно. И что, реально не допустят, если не подпишу? А Зойка в курсе?

– Сколько?! Да они охерели! – возмущённо выругалась одна из девчонок – самая высокая из всех нас, вглядываясь в текст. – Не ведитесь, девчат! Разводят как лохушек! – и, скомкав лист, кинула его в мусорную корзину.

Я тоже глянула.