Место под солнцем

— Арестовали Ольгу, — тихо сказал Лунек, — ты ведь знаешь, кто такая Ольга?

— Знаю, — кивнула Катя, — неужели она?"

"— Похоже, да. Ее взяли сегодня рано утром. Подробностей пока не знаю, но раз взяли, значит, есть улики. Не надо никому пока говорить. Вообще никому.

— Да, конечно… Странно, что этот милицейский майор ничего не сказал мне.

— Скажет, — Лунек усмехнулся, — сообщит в официальном порядке. И еще новость. Гришечкин погиб.

— Как?! Когда?

— Вчера разбился в машине. Налетел на рефрижератор. Сразу насмерть.

— Бедный… а вообще, это странно. Он так осторожно ездил.

Подъехал лифт, из него вышла женщина лет шестидесяти. Она была ярко, небрежно накрашена, от нее за версту разило перегаром.

— Катя, вот горе-то, детка! Ну горе-то какое, а? — Она зарыдала, смачно поцеловала Катю и тут же стала стирать пальцами с ее щеки след губной помады. — Прости, деточка, я без приглашения, ты мне звонила недавно, Светку мою искала. И ничего даже не сказала, будто я чужая. А вот не чужая, всех вас помню маленькими, и тебя, и Глебушку.

Мама-то здесь? А Надежда? А вы товарищ его? — Она громко шмыгнула носом и стала трясти руку Луньку. — А я ведь его во-от такусеньким помню, Глебушку. Такой был смешной, когда маленький. Ох, все они хорошие, пока маленькие. Моя вот пропала, авантюристка, ни слуху ни духу. Хоть бы позвонила матери-то, мерзавка.

— Элла Анатольевна, здравствуйте, — опомнившись, мягко произнесла Катя.

В проеме двери возникла улыбающаяся Маргоша.

— Кать, ну ты где? Валера, вы уже отчаливаете? Счастливо.

— Маргошка! — накинулась на нее Элла Анатольевна. — И ты здесь! Слушай, где Светка-то моя? Вы ведь вроде вместе собирались куда-то в субботу. Светка сказала… — Нет, мы не встретились, — быстро произнесла Маргоша и тут же спохватилась:

— Ой, я же там кофе варю! Убежит! — Она бросилась назад, в квартиру.

«Странно, — подумала Катя, — я ведь спрашивала ее о Свете Петровой, она сказала, что не знает такую…»

Лунек попрощался и уехал.

— Пропала Светка-то моя, — быстро заговорила Элла, — ни слуху ни духу.

Я уж прямо не знаю, что и думать. Времена-то какие кошмарные, вон, Глебушку убили, я как услышала, мне аж плохо стало. Всех обзвонила, никто ее, гулену мою, не видел. Мне Галя Зыкова про Глеба сказала. Ну, помнишь Галю? Она вроде здесь должна быть, говорила, что приедет на похороны. Она и адресок ваш продиктовала. Я в церковь-то не успела, на кладбище решила не ехать, боялась, не найду, опоздаю, а помянуть-то надо.