Место под солнцем

— Ты рассказывала следователю, который занимается убийством твоего мужа, про эти звонки?

— Нет.

— Почему?

— Потому что не хочу.

— Катенька, ну что за детский сад? Что значит — не хочу? Ты ведь сама чувствуешь, между убийством и этими звонками есть связь.

— Я это почувствовала только вчера. Но следователю все равно не буду говорить."

"— У тебя есть какие-то конкретные причины или это просто упрямство? — тихо спросил Павел.

— Да, есть причины. И хватит об этом. — Катя вытащила сигареты из сумочки.

Паша подвинул пепельницу и щелкнул зажигалкой.

— Ты мне не хочешь объяснять? Или себе самой?

— Не хочу тебе объяснять. Тебе лично. — Катя почувствовала, что сейчас не выдержит и расплачется.

«А почему бы и нет? Как ни странно, Паша Дубровин — единственный человек, при котором я могу спокойно поплакать, не стесняясь…» — подумала Катя.

И все-таки не заплакала, сдержалась. После той страшной ночи она постоянно была на пределе.

Стоит немного расслабиться, и растечешься киселем.

— Не хочешь — не надо, — пожал плечами Павел. — Мы сейчас допьем кофе и поедем на рынок «Динамо». Чем торгует эта твоя шантажистка?

— Обувью.

— Ну вот. Мы будем спрашивать у всех торговцев обувью, знают ли они Светлану Петрову. А потом ты вспомнишь, какие у вас были общие знакомые. Возьмешь свою старую записную книжку и всех обзвонишь.

— И от всех выслушаю сначала слова искреннего горячего соболезнования, потом буду отвечать на дурацкие вопросы, удовлетворять их здоровое любопытство.

Ведь каждому станет интересно, почему это вдруг Катя Орлова, у которой убили мужа, разыскивает Свету Петрову, дочь парикмахерши Эллы из «Чародейки»? Молодой вдове больше делать нечего? И кто-нибудь непременно расскажет об этом следователю Чернову или майору милиции Кузьменко. Ведь будут допрашивать старых знакомых.

— Почему ты так этого боишься?

— Потому… Неужели ты не понимаешь? — Катя резко встала.

 — Как только они начнут копаться в личной жизни Глеба и моей, они… У тебя ведь нет алиби, — выпалила она, стараясь не глядеть на него. — Несколько десятков человек видели, как за два часа до убийства вы с Глебом чуть не подрались.

— Если они начнут меня подозревать, то независимо от того, что ты им скажешь или не скажешь. И не надо этого бояться.

— Но у тебя нет алиби! — повторила она.