Мечников. Из доктора в маги

— Кого там в моём дворе выворачивает⁈ Вы что, уродцы, опять напились, что ли?

— Нет, что вы, Арсений Георгиевич, — испуганно замотал головой Иван. — Это Серёгу тошнит. Его очень сильно отделали.

— Вижу, что и ты без тумаков не остался, — Кособоков обратил внимание на руку своего подчинённого. — И кто же это вас так? Только не говори, что вы опять совались в Сады? Я же просил вас, не лезть к тамошним парням. Они и башку оторвать могут. У меня договор с их главным…

— Нет, мы были не в Садах, — ответил Иван. — Это нас в доме Мечникова так… Унизили.

Кособоков не поверил своим ушам.

— Ты что же хочешь сказать, Иван? Вас хромоногий бывший лекарь так отмудохал? И Серёгу тоже⁈ Да эту груду мышц даже разъярённый бык не повалит!

— У Олега Мечникова объявился какой-то родственник, — поспешил объясниться Иван. — То ли студент, то ли какой-то столичный щёголь.

— Ну-ка повтори, Иван, КТО вас отделал? Какой-то жалкий студент⁈ — проревел Арсений Кособоков. — Мне начинает казаться, что я вам зря плачу. Может, мне самому стоило чаще вас наказывать.

"Кособоков потянулся к кольцу с красным рубином, которое никогда не снимал. Ему захотелось отыграться на подопечных за то, что они порушили его сон. Но как только он собрался воспользоваться магией кольца, Иван упал на колени и завизжал.

— Арсений Георгиевич! Пожалуйста, не надо! У этого студента тоже был какой-то артефакт! — заявил Иван.

— Да ну? — нахмурился Кособоков. — И с чего же ты это взял?

— Сначала он вывернул мне руку, даже не прикасаясь при этом ко мне, — принялся объяснять Иван.

За окном вновь послышались звуки мучений одного из бандитов.

— Он что-то с его брюхом сделал, — пояснил Иван.

— Артефакт, говоришь? — Кособоков задумчиво потёр свою массивную челюсть. — А это уже интересно. Мне ещё один точно не помешает.

— Арсений Георгиевич, при всём моём к вам уважении, — взмолился Иван, — я больше не хочу соваться в дом Мечниковых.

— И не надо, — усмехнулся хозяин дома, разжигая огонь в камине. Его сонливость, как рукой сняло.

Бандит вздохнул с облегчением, обрадовавшись, что гнев главаря сменился на милость.

— Арсений Георгиевич, а что с Серёгой-то делать? Он ведь помрёт.

— К Сухорукову его тащи, — махнул рукой Кособоков, задумчиво глядя в огонь.

— Но у Сухорукова каждый третий пациент умирает! — испугался Иван.