Марат. Любить вопреки

Ее дыхание вновь становится глубоким и тяжелым. Она перестает так сильно сдавливать мой член, и я пробую сделать первое движение внутри ее. Сначала ее тело сопротивляется, но я продолжаю ласкать ее пальцами, доводя до грани и тут же отступая.

Растягиваю ее изнутри. Скольжу уже свободнее. Все мышцы сводит от желания разогнаться и сорваться с ней в пропасть, но этот финт я оставлю на второй раз, когда на мне, как минимум, будет резинка. Сейчас ее нет и я кайфую от того, что Ро позволила взять ее так, но контролирую себя, что несколько оттягивает мой оргазм.

В эту секунду важнее Аврора. И я, вдавившись в нее до упора, вожу губами по шее, кусаю пульсирующую венку и ласкаю чувственную девочку пальцами между бедер в этот раз не останавливаясь.

— Какая же ты у меня красивая, — смотрю на наше отражение.

Ро растрепанная, растерянная и раскрасневшаяся. Под глазами разводы от потекшей туши, на щеках серые следы от слез, смешавшихся с косметикой. Губы искусаны и покраснели. Но она все равно самая восхитительная.

Ро снова впивается пальчиками в раковину. Вместо «мамочки», выдыхает:

— Мар… — ее зрачки расширяются. Она тщательно старается не стонать слишком громко, но у нее ничего не получается. Бедра дрожат, мышцы на моем стояке сокращаются, приятно сдавливая его в горячей влажности. — Вау… — хрипло выдыхает, и я позволяю себе догнать ее несколькими резкими толчками бедер.

Делаю рывок назад, сдавливаю член рукой и кончаю ей на спину.

Аврора смотрит на меня с приоткрытым ртом.

Помогаю ей выпрямиться и прижимаю к себе, немножко прилипая. Улыбаюсь, целуя ее в волосы.

— Ну все, — немного отдышавшись, говорю ей, — вот теперь ты взрослая.

— Угу, — она разворачивается, подтягивается на носочки и целует меня.

— Ничего не болит? — с удовольствием подыгрываю неловким прикосновениям ее губ.

— Пока не знаю, — отвечает очень тихо. — Мне липко.

— Мне тоже, — смеюсь я. — В душ?

Она опускает взгляд вниз. Член еще до конца не упал. Он упирается ей в животик, а на коже немного разводов крови.

— Мое? — снова смотрит только в глаза.

— Твое. Это нормально. Главное, что тебе было хорошо, и чтобы больше не было больно, — поднимаю ее над полом и ставлю в ванну. Следом захожу сам, открываю теплую воду и беру в руки губку. — Держи, — вручаю ей. — Будешь меня изучать.

Глава 10. Первая ревность

Глава 10.