Малыш для стервы и холостяка

— Прости. Я не хотел тебя обидеть.

— Я подумаю, — проворчала Рита. — Я как-то не привыкла, что на меня гавкают и предлагают заткнуться.

— Я так не говорил.

— Но имел в виду именно это."

"— Ну только если в общих чертах, — лицо Марка было плохо различимо в темноте, но Рита заметила, как он пожал плечами. — Еще раз прошу прощения. Просто вся эта ситуация с Мартой… Я очень разозлился.

— Да уж, мы все это поняли, — хмыкнула Рита. — И я, и Марта, и бедный Лука.

— Как ей объяснить, чтобы она перестала с ним встречаться? — задумчиво спросил Марк.

Рита мысленно застонала. Он так ничего и не понял.

Та Марта, которую он оставлял здесь несколько лет назад, уезжая в Америку, отличается от сегодняшней так же, как почка отличается от цветка. Это уже не послушная юная девочка, которая по ошибке залетела от какого-то случайного мальчика. Это молодая женщина, которая родила ребенка — сама, одна, хотя единственный родственник, брат, был категорически против этого решения.

Когда Рита забирала ее из роддома, она поразилась тому, как сильно поменялся у Марты взгляд.

А сейчас, видя, как говорит и держится Марта рядом с этим Лукой, Рита понимала, что подруга изменилась еще раз. Теперь в ней появилась спокойная внутренняя сила и уверенность женщины, которую любят. Очень сильно любят. Рита не знала, что дальше будет с отношениями подруги и этого итальянца, но, возможно, месяц счастья стоит той цены, которую придется за это заплатить.

Как и ей. Потому что не надо себя обманывать — ее отношение к Марку давно перешло во что-то большее, чем просто временный секс.

Рита подвинулась, чтобы Марк мог лечь рядом с ней, обняла его и, поглаживая по груди, осторожно начала:

— А что плохого в том, что твоя сестра встречается с Лукой? Мне он показался очень приятным.

— Ей нужен кто-то надежный, — глухо сказал Марк. — Один раз я уже не уберег ее. Знали бы родители, что их внук родился вот так, без отца, они бы мне этого никогда не простили.

— Не хочу тебя расстраивать, но девочки беременеют и при живых родителях, — заметила Рита. — В том числе и от всяких мудаков, которые потом их бросают и не участвуют в жизни ребенка. Кроме того, ты Марте не папа и не мама. Да и они, будь они живы, не имели бы права указывать, с кем ей встречаться и кого любить.

— Я боюсь, что ей будет больно, — упрямо возразил Марк.