Продана Миллиардеру

Он задерживается ради меня, откладывает важное дело и остается рядом, пока я сама не шепчу:

– Тебе пора.

– Я не могу отменить встречу, – хмуро произносит он.

– Зачем отменять? – слабо улыбаюсь. – Езжай.

– Я быстро все порешаю.

Прижимается ртом к моим губам. Целует так дико и голодно, будто мы пару лет не виделись. В каждом движении его языка чувствуется испепеляющая тяга. Он бы вообще от меня не отлипал. Только дай волю.

– Не спеши, – говорю. – Я лягу раньше. Если тебе придется задержаться, то ничего страшного.

– Бэмби, да как не спешить? – оскаливается. – Я же знаю, что ты в моей постели. Голая. Горячая. К чертям гребаные дела.

– Я сплю в одежде.

– Не со мной, – ухмыляется.

У Волкова есть дурная привычка. Рвать мою одежду. Кажется, он специально дарит мне кучу комплектов белья, лишь бы только потом разодрать.

Одержимый. Безумный.

Мы прощаемся. Дверь закрывается, и я опять окунаюсь в мрачные мысли. Знаю, Глеб не поделится подробностями, но выводы можно сделать и без деталей.

Данил позвонил мне в тот самый день, когда Айдаров сообщил, будто Маша устроила покушение и сливала информацию Черному.

Пока не выходит понять полную картину, но Дан точно пересекался с Глебом. На каком-то этапе они сошлись. Заключили сделку? Теперь оба спокойны насчет моей безопасности. Виновный наказан, уничтожен.

Меня передергивает от напряжения. Отправляюсь в душ, пытаюсь прояснить разум, но получается с трудом.

Я знала того человека? Он работал вместе со мной?

Бойко. Фамилия коллеги моментально приходит на ум. Мужчина угрожал мне, как раз перед случаем на стройке, его еще и в административный отпуск отправили. Он исчез. Жена подала в розыск.

Я зажимаю рот ладонью. Это что, и правда Бойко?

Выключаю воду. Тщательно вытираюсь и набрасываю халат. Выхожу из ванны и включаю первый попавшийся канал телевизора, только бы не находиться в тишине.

Нельзя решать вопросы такими методами.

Где сейчас Глеб? Куда он поехал? Заканчивает очередное дело? Вот такое? Или еще хуже?"

"Я усаживаюсь на диван, сжимаюсь в комок. Стараюсь дышать ровно. Я же понимала, с кем связалась. Я догадывалась о его методах. Теперь поздно удивляться и впадать в шок.

Кто-то пытался меня убить. Волков такое бы никому и никогда не простил. Он привык разбираться жестко. Но это против закона. Это неправильно.

– Наивная, – шепчу и усмехаюсь.