Лука Витиелло

Она снова хихикнула, но я проигнорировал это и ее шевеление. Несмотря на мои лучшие намерения, я не мог не проверить ее, когда я спустил ее кожаные штаны.

Мурашки покрывали ее великолепные стройные ноги вплоть до крошечных кружевных трусиков. Я протянул руку под ее спину, заставляя ее выгнуться с новым смешком, будто я щекотал ее. Я сомневался, что она понимает, что делает.

Ее расфокусированные глаза были игривыми, когда она посмотрела на меня. Я расстегнул ее лифчик, снял его и небрежно отбросил в сторону.

Боже мой, даже от одурманенной Арии у меня перехватило дыхание. Она распростерлась передо мной в одном только крошечном кружеве, прикрывающем ее киску, ее соски торчали в прохладной комнате и улыбались мне. Не было ни тревоги, ни страха.

Я быстро отвернулся, прежде чем мои мысли могли блуждать по темной тропе.

Я вылез из своей одежды, прежде чем схватил футболку из своего ящика и помог Арии сесть. Потребовалось несколько попыток, чтобы надеть на неё футболку.

Я снова поднял Арию и положил ее голову на подушку. Она не двигалась, только смотрела на меня с той же мечтательной улыбкой. Я растянулся рядом с ней.

— Ты впечатляющий, ты знаешь? — сказала она, ее глаза скользили по моей груди, входя и выходя из фокуса.

Я коснулся ее лба. Она была слишком теплой.

Ария хихикнула и коснулась моего нижнего пресса, прежде чем скользнуть еще ниже. Я быстро остановил ее блуждающую руку и крепко сжал ее.

— Ария, ты под кайфом. Постарайся уснуть.

Она одарила меня вялой улыбкой, которая, вероятно, должна была быть соблазнительной.

— Может быть, я не хочу спать.

Я убрал волосы с ее лба.

— Да, хочешь.

Ария моргнула и зевнула.

— Ты меня обнимешь?

Я выключил свет и прижал ее к себе.

— Лучше лежи на своей стороне на случай, если снова почувствуешь тошноту. — пробормотал я ей в шею.

— Ты убил его? — пробормотала она.

Я обдумывал, что ей сказать, но Ария знала правила нашего мира. Она знала, кто я такой.

— Да.

— Теперь на моих руках кровь.

— Ты его не убивала.

— Но ты убил его из-за меня.

— Я — убийца, Ария. Это не имело никакого отношения к тебе.

Я не хотел, чтобы она чувствовала себя виноватой в чем-то подобном. Эта смерть была на мне, как и каждая смерть в моем прошлом, как и каждая смерть в моем будущем. Они никогда не запятнают Арию, потому что я им не позволю.

Я хотел, чтобы ее жизнь была свободна от ужасов моего существования.