Лоно Каридес

— Глупый!

Он смотрел на Бекку испуганно и вопросительно, и она объяснила:

— Кристос, ты никогда не причинишь мне вреда. Ты — пылкий любовник, но не грубый, не себялюбивый, и я никогда не буду так о тебе думать.

Кристос не успел ответить — Бекка взяла в ладони его лицо и прижалась губами к его губам. Какое-то мгновение отклика не было, но потом глубокий вдох сотряс его тело, и он очень нежно поцеловал жену в ответ.

Когда они оторвались друг от друга, то оба выглядели совершенно потрясенными.

Кристос вытер слезы со щек жены.

— Чертовски трудно было не касаться тебя, — хрипло признался он.

Бекка шмыгнула носом.

— Но ведь нам от этого не удержаться, а? Я вспыхиваю, когда касаюсь тебя.

Бекке казалось, что глубоко в глазах Кристоса полыхает пламя.

— Ничего страшного, если немного и подгоришь. — Она знойно взглянула на мужа из-под загнутых ресниц и сообщила по секрету: — Я, пожалуй, получу от этого удовольствие.

— Ты знаешь, что мой брат родился мертвым?

От страха в его глазах у Бекки сжалось сердце.

— Наши дети здоровы, Кристос. Послушай, если не веришь. Вот, вот здесь.

Он на мгновение испугался, потом строгое лицо смягчилось и расплылось в широкой мальчишеской улыбке.

— Можно?

Бекка взяла его руку и прижала к своему животу. Кристос почувствовал довольно энергичное движение и широко раскрыл глаза.

— Они все время так делают? — благоговейным шепотом спросил он.

— Довольно часто. Они, знаешь ли, бойкая пара.

У Кристоса засияли глаза, он взял руку жены и нежно прижал к губам:

— Они всегда такими останутся.

— Конечно.

— После родов мама долго болела. Я, конечно, мало что мог понять, но дети чувствуют такие вещи...

Бекка кивнула.

— И, похоже, это чувство... остается с ребенком навсегда.

Было ясно, что история матери произвела большое впечатление на Кристоса. Бекка молчала, понимая, что не стоит его торопить; она не могла прекратить страдания мужа, хотя ей очень хотелось стереть муку с любимого лица.

— После смерти... Василиса... в результате родовой травмы у мамы была послеродовая депрессия.

— Людям нужно кого-нибудь винить.

Кристос согласно кивнул:

— Она заявила, что у него на первом месте собственные удовольствия.

— Как же потом она жалела!

— Конечно, жалела. Эта трагедия на долгие годы омрачила их брак.