Локки 6. Потомок бога

* * *Несколькими минутами ранее.

На холме напротив городка зверолюдов нетерпеливо прядали ушами кони, напряжённо шептались всадники и переговаривались пехотинцы.

— И чего ждём? — спросил один из простолюдинов, поправив пневматическую винтовку, висящую на плече.

— Говорят, полковник через подземные ходы отправил в город несколько отрядов магов, — откликнулся стоящий рядом с ним усатый воин в кожаной броне со стальными клёпками, поблескивающими в лучах луны, скрывающейся за красноватой дымкой. — Выходит, что ждём, когда они откроют ворота.

— Ага, — встрял в разговор третий пехотинец. — А там уже останется дело за малым: войти в городок и порубать всех хаоситов.

— Всех порубать? — мрачно выдал первый простолюдин и передёрнул плечами. — Тут бы не обосраться. Ходят слухи, что у них есть такие страхолюдины, что ого-го. Вмиг обделаешься, увидев их рожи. Есть сведения, что они даже страшнее твоей жёнушки. Гы-гы.

— Ты пасть-то закрой, да не гыгыкай. А что до страшил, так враньё это всё. Байки у костра. Назови хоть одного солдата, кто видел такую страшилу.

— Иван сталкивался с подобным страховидлом.

— Что ещё за Иван?

— Да вон тот дёрганый паренёк с седыми волосами.

Все посмотрели туда, куда указывал палец простолюдина, и увидели седого, несмотря на юный возраст, солдата. А тот изо всех сил прислушивался к разговору старших офицеров, восседающих на конях в нескольких метрах впереди него.

— Ваше сиятельство, идея была хорошей, но она провалилась, — проговорил лысый дворянин, посмотрев на графа Соболева.

— Надо приказать людям располагаться на ночлег. Нечего им попусту ждать у моря погоды. Им силы беречь нужно, — вставил другой офицер. — Никто не откроет ворота. Все сгинули: и комиссар Грехов, и барон Миронов, и этот золотой мальчик Громов.

— Хм, — мрачно вздохнул полковник, чьи седые усы безжизненно повисли. — М-да, это моя вина.

— Не корите себя, ваше сиятельство. Это война, а она не бывает без потерь. А что до Громова, так много было таких юных магов, подающих надежды. Всех их подводило раздутое эго. Говорят, что Громов вроде бы намеревался чуть ли не в одиночку открыть ворота города. И где он теперь? — с толикой ехидства проговорил лысый офицер.