Локки 6. Потомок бога

— Этот статус позволит ему…

И дальше она рассказала, что я теперь могу всех на одном месте вертеть, кроме самого императора и его семьи.

Причём по телевизору в замечательном качестве показали мои фотографии. Возможно, будь они более плохого качества, у смертных в лавке возникли бы какие-то сомнения, что перед ними именно тот самый Громов, но фото были просто шикарными. Наверное, даже паук в углу искренне поверил, что в лавку нагрянул сам ставленник императора.

— Бо-о-оги, — тоненько выдохнул хозяин скупки, смекнув что к чему.

Его красная рожа стала белее снега, а пальцы с моим артефактом задрожали так, будто смертный сел задницей на оголённый провод под напряжением."

"Усач тоже изрядно сбледнул, осознав, кто перед ним. Его глаза испуганно забегали по сторонам, а во взгляде уже скакали не рубли, а годы тюрьмы, которые он получит за свои проделки.

Но полицейский не собирался сдаваться. Он попытался выкрутиться.

— Господин, произошло недоразумение, — протараторил смертный давшим петуха голосом.

— Заткнись, урод! Я солгал об отце, желая выяснить, насколько вы гнилые люди.

— Да мы… мы верные слуги императора, — проблеял полицейский и обернулся к подельнику. — Витька, верни немедленно принадлежащую господину Громову вещь!

Я взял артефакт из трясущихся загребущих лап белорожего и приказал рябому:

— Арестуй этих козлов и вызывай сюда своё начальство.

Тот сглотнул, судорожно глянул на усача и потянулся рукой к наручникам, висящим на поясе.

— Это всё он! Он меня заставил! — полузадушенной свиньёй проверещал хозяин лавки, тыча пальцем в усача.

— Заткнись, идиот! — прорычал тот, понимая, что особых доказательств у меня нет.

— Не утруждайтесь, мрази, — иронично улыбнулся я им. — Судье хватит одного моего слова, чтобы упечь вас на десяток лет.

— Молю, не надо! — завопил хозяин лавки.

А вот усач оказался более решительным. Он оттолкнул своего коллегу и метнулся к выходу. Но я ожидал от него чего-то подобного, потому телепортировался к двери и со всей силы вмазал кулаком в лицо ублюдку. В моих ушах от наслаждения даже христианские ангелы запели.

Усач вскрикнул и без сознания грохнулся на спину, заливая грязный пол кровью из разбитого носа.

— Открывай дверь в свою конуру! — повелительно бросил я хозяину лавки, отчаянно заламывающему руки.