Любовь на троих (СИ)

Мама зачастила:

- Вот и хорошо, Настюша, хорошо! У нас тут дожди все время. На даче не растет ничего, трава только."

"Я слушала и представляла, как мама скрючилась в темной прихожей или у окна, чтобы вовремя услышать поворот ключа и положить телефон на место. Вспомнилась тяжелая поступь отчима, его грубые руки и хриплый прокуренный голос. Иногда я вслух удивлялась, почему мама вышла за него замуж. Она смахивала набежавшую слезу и рассказывала, какой он хороший, как он нас любит.

Как мы хорошо будем жить, когда он «найдет себя в этой жизни»… Лет до пятнадцати я в это верила. А потом повзрослела. И стала ночевать у подруг, когда отчим возвращался из рейса.

Разговор закончился, как всегда: мама просила беречь себя, а я обещала это делать. Прощальные слова, щелчок кнопки - и пустота. Застыв с телефоном в руке, я не сразу услышала стук в дверь. Оказалось, в коридоре стоял Вик в привычном уже костюме и при галстуке.

- Анастасия, - голос его был строг и суховат.

- Вы спуститесь к обеду?

- Непременно, - ответила я также сдержанно. - Простите, сразу не открыла, потому что была в ванной.

- Прошу вас поторопиться, обед будет подан через двадцать минут. Он ушел, а я, подкрашивая пересохшие губы, неожиданно подумала - что он мог услышать?

За столом нас по-прежнему было четверо. Но в этот раз появилось еще одно действующее лицо - подтянутый мужчина лет пятидесяти. Он ходил по кругу за спинами сидящих и пока лишь аккуратно наливал в бокалы минеральную воду:

- Доброго всем дня! – я поздоровалась и поторопилась остановить добровольного помощника.

- Не наливайте мне, пожалуйста, я буду яблочный сок.

Официант или дворецкий - а может, просто повар, взглянул на Сана. Получил ответный кивок и налил в мой бокал яблочный сок. Я ощутила себя словно в каком-то фильме про Джеймса Бонда. Только там героиня обычно получает свой любимый напиток еще до того, как закажет его.

За обедом беседа не клеилась. Я продолжала периодически строя мне жалобные щенячьи глазки. Вик задумчиво рассматривал меня через стол, и только Сан был, как всегда, непроницаем и взирал на всех с королевским спокойствием.

Еда не отличалась особыми изысками, но, вместе с тем, чувствовалась в ней какая-то особенность. Задумавшись еще и об этом, я потянулась к греческому салату.