Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Они не представляли, наверное, что можно по-другому жить. Они даже в последнее время и не слушали его, а Наташа даже игнорировала его. Он чувствовал это своим нутром. А, как еще обращаться с отцом, который под материным «каблуком»? Это естественно, что и дочери его ни во что не ставили. Савва почувствовал, как опять защемило сердце. «Вот дурак, нашел, о чем думать», – одернул он себя. Как раз подъехал автобус, и он сел рядом с румяной блондинистой женщиной. Настроение улучшилось. Через минуту она что-то его спросила.

"«Какая приятная интеллигентная женщина, – подумал Савва, махнув ей в ответ из окна автобуса. – И почему мне такие не попадаются в жизни? Ирини – совсем безграмотная, Зинаида наполовину грамотная.

Он почувствовал, как горечь опять подкатывает к горлу. «Да брось ты думать о своих печалях, – опять одернул он себя, – посмотри на красоту вокруг!»

То тут, то там можно было увидеть цветущую желтую мимозу и какие-то фруктовые деревья в розовых цветах, кажется, вишни. Нежные листья ивы подзеленили вислые ветви.

«Как хорошо, что весна пришла в феврале! – вздохнув, подумал Савва. – Скоро столько праздников: День Советской Армии, мой день рождения, Восьмое Марта, Первое Мая. А там лето. Возьму отпуск в июне или июле, поеду в Красную Поляну на недели две-три. Скорее бы!»

В автобусе постоянно тихо звучали современные песни, в основном в исполнении Пугачевой, но вдруг грянула любимая Саввина песня Градского «Оглянись незнакомый прохожий». Савве нравилось каждое звучащее слово песни. Да, он был согласен, что «ничто на земле не проходит бесследно», и что «первый тайм мы уже отыграли», и что «наша жизнь потому и прекрасна, что живем мы единственный раз», и что «как молоды мы были как искренне любили».

Замелькали новостройки. Автобус остановился недалеко от строящегося пансионата.