Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Уж пришлось покраснеть Ирини, хотя никогда не ожидала от нее такой промашки: взять и написать осакаровскому пареньку, с которым подружилась в последнее лето на каникулах, о том, как она его любит. Позор! Мать того соседского мальчишки прочла письмо и рассказала о его содержании сестре Кики, которая сумела выпросить дать почитать письмо и на глазах у той женщины порвала его. Следом написала письмо Ирини о неподобающем письме Катьки. Разразился скандал. Ирина обматерила дочь, как могла, обозвала последними словами.

– А вот видишь сама, прочитали и осмеяли тебя же. Впредь будет наука. Человек должен думать, слать ли такие письма. Потому, что его могут прочесть. Все это перемежалось кроме мата, знакомыми до боли прозвищами: Баран, Барановна, Бестолковая, Тупица и т. д. А ничего, впредь неповадно будет!

За Женькой тоже глаз да глаз нужен. На уроках, учителя жаловались, ведет себя хуже мальчишек.

* * *Тетка Рая была счастлива, что около нее собрались все три ее племянника. И Савва, и Митька и Федя жили недалеко от нее. Старшего своего племянника она постоянно приглашала к себе и обижалась, если тот не появлялся хотя бы раз в неделю.

Двадцать пятого марта, в день рождения Саввы, она накрыла большой стол, пригласила родных. Все его поздравляли с началом новой жизни, пили за его здоровье.

– Надеюсь, Бог услышит меня, и сын вернется.

– А что ему делать там без Саввы? – насмешливо спросил Митька – Чечен. – Ни одного родственника. Помыкается и приедет.

Гости ушли поздно. Тетя Рая настояла, чтобы совершенно опьяневший Савва, остался ночевать в ее новой однокомнатной квартире.

– Хоть Федя и не проводил меня на самолет, я на него зла не держу. А помощь его, видит Бог, ох как нужна была мне тогда, но ради тебя я его найду в Джамбуле.

– Ты собираешься в Джамбул?

– Хочу все-таки уговорить кого-нибудь из детей переехать сюда. Не хочу платить алименты. Один ребенок с ней. Другой со мной, и мне не надо будет платить за нее деньги.