Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

У подруг Эльпиды, Ирини и Кики пополнение – родили почти в одно время. У сестер дочки, а у Эльпиды сын. Алексис уважительно похлопал по плечу друга."

"– Ну Дмитрий, счастливчик! Как назвал сына?

– Георгием!

– Ах – ах, загордился, – поддел его Слон и тут же предложил:

– А давайте выпьем за здоровье детей наших осакаровских родных и друзей!

Выпили еще по стопке и Митька рассказал, что Харитон Христопуло все страдает за своей Парфеной, но замуж ее так и не отдали за него. Генерал работает, хорошо зарабатывает.

При упоминании о нем, все еще раз дружно поздравили счастливого отца, подняли тост за него и выпили. Все заговорили, наперебой перекрикивая друг друга. Но Алексис поднял руку, прося тишины.

– Подождите, ребята. Дайте еще спросить казахстанцев.

Обратившись к Слону с Харитоном, чуть заплетающимся языком, он спросил:

– Целину недалеко от вас подняли? Элеватор осакаровский, небось, переполнен пшеницей…

– Поднимают, – ответил Харитон.

– Да, великое дело – Целина, – оживился, как будто задремавший после последней рюмки, Слава, – я тоже хотел бы туда податься. Да не отпустили. Здесь нужен, – заявил он многозначительно.

– Да, там переводчики не нужны, – усмехнулся Харитон, – там в основном герои – рабочие: украинцы, казахи, узбеки, короче со всех республик ребята.

– Это-ж сколько их там понаехало?

– Сотни тысяч. Так я слышал. Может, полмиллиона или больше, – ответил Слон. Когда мы отсюда обратно в Осакаровку ехали, с нами ехал начальник строительства в Акмолинске, так он говорил, что примерно четыреста тысяч молодых ребят приехали по комсомольским путевкам. Не успевают строить общежития для них. Живут в палатках, вагонах, или просто под открытым небом в летнее время.

Слон все это слышал от Генерала и теперь сам говорил с энтузиазмом, восхищенно. Пожалуй, он бы говорил еще много, но Дина остановила его:

– Короче, жилы рвут ребята, пашут, пашут, а награды за это – никакой. Семьи живут в общежитиях.