Коза на роликах

– Вероника Абрамовна не из-за Кешки, она же не совсем без глаз. Только она отсюда тоже не уйдет, потому что некуда ей.

– Как это некуда? – не поверила Василиса. – У нее что, дома нет?

– Неужели бомжиха? – ужаснулась Люся, которая тоже не упускала нить разговора.

– Еще пока нет, хотя… Пойдемте вон туда, я вам тихонько расскажу.

И Тереза Михайловна быстренько отошла за толстую трубу, под грязные тряпки.

– Вероника-то с мужем раньше очень хорошо жили. Квартиру такую имели, вам и не снилось! Здесь же, вон в тех домах.

А потом муж умер, она осталась с дочкой да с внуком. А дочка у нее… Вот скажут мне: или под машину ложись, или такую дочку имей, я лучше сразу под машину, честное слово. Не дочка, а ведьма какая-то! Капитолиной зовут. А сынишка ейный еще хлеще матушки уродился – наглый, хамовитый, жирный… глаза бесстыжие растопырит и костерит бабку на чем свет стоит. А еще Гошей называется, тьфу!! В общем, пожила Вероника с дочкой-то, а потом и решила – разменяла свою большую квартиру на две. Одну в этом дворе себе оставила, а дочку с внуком в центр города переселила. Да только что-то там перемудрила: очень боялась, что после ее смерти квартира дочери не достанется, или платить нужно было какие-то деньги, короче, прописала она дочь у себя, а в той внучок прописан. Сначала вроде бы ничего было, а потом дочка ее решила, что негоже деньги мимо рук пускать, и сдала свою квартиру в центре. Они с Гошей к Веронике переехали, а копеечку себе в карман положили. Капитолина и в ларек сюда устроилась, очень удобно, и Гошу в школу перевела сюда. Пока дочка с внуком только жили, Вероника крепилась, хоть и тяжко ей приходилось. А затем Капитолина мужа себе нашла и тоже к Веронике притащила. И началось. Абрамовне-то теперь не всегда двери домой открывают! Она даже раньше и из дома не выходила – выйдет за хлебом, а они двери на щеколду, и привет!

– Это они родную мать в ее же квартиру не пускали? – сверкнула глазами Люся.

– А они и сейчас не пускают, – беспечно сообщила Тереза.

 – И что хочешь ты с ними, то и делай. Соседи их и стыдили, и милицию вызывали, а толку? Они сегодня откроют, а завтра опять на щеколду. Вот Вероника здесь и крутится. Она иногда даже ночует здесь. Говорит, что реквизиты сторожит, да только чего там сторожить-то? Старый таз? А вы говорите, уйдет! Куда?

– А что, Капитолина, дочка этой женщины, и сейчас в этом ларьке трудится? – зачем-то спросила Люся, сузив глаза.

– Еще и как работает.