Король драконов и Принцесса-Апельсин

И что делать Аранчии рядом с таким наместником? Каждый раз морду ему бить, когда потянется своими грязными лапами? А потом оказаться в темнице? Или связанной, в его постели? – меня уже трясло от злости, и я почти кричала, нависая над креслом, в котором сидела Хильдика.

Она вжалась в спинку кресла и выставила вперёд ладони, будто хотела защититься. Этот жест заставил меня опомниться.

– Исключено, – буркнула я. – Никаких признаний. Забудь об этом.

Мы помолчали, а потом Хильдика сказала срывающимся голосом:

– Хорошо, я забуду.

– Не так, – оборвала я её. – Не знаю, что он там мысленно тебе наговорил, я ничего не слышала. Но, похоже, что драконы чуют девственниц.

– Чуют? – Хильдика захлопала ресницами.

– Помнишь, всегда говорят – драконы любят девственниц. Скорее всего, тут какая-то магическая особенность, – я снова остановилась возле окна, глядя на море, над которым уже сияло солнце, похожее на рыжий апельсин. – Драконы каким-то образом чувствуют, когда рядом дева. Они почувствовали меня, когда я подслушивала их болтовню на озере…

– Почувствовали тебя? – переполошилась Хильдика.

– Не меня – принца, – возразила я и добавила почти так же неуверенно, как моя подруга: – Меня – девушку…

Как будто были сомнения в том, что я – девушка.

– Значит, они уже раскрыли тебя! – Хильдика прижала ладони к щекам.

– Ты уверена? – я сухо усмехнулась. – Если бы это было так, герцог Тюнвиль точно не пытался бы прибить принца Альбиокко. А он пытается. И вчера я видела короля, когда он притащил разбойников Ламброзо. Он ничего не сказал про озеро. Но, конечно, мог приберечь это для особого случая, с драконов станется.

– Мы совсем утонули во лжи, – залепетала вдруг Хильдика и принялась заламывать руки. – Анча! Это не приведёт к добру! Чем дольше мы молчим, тем больше всё усложняется! Если бы правду о смерти твоего брата не скрывали, если бы сразу сказали обо всём…

– То что? – я повысила голос, перекрывая её причитания. – Ну, что бы тогда было? А я тебе скажу.