Король драконов и Принцесса-Апельсин

Почему он так переполошился? Подумал, что я снова собираюсь ударить его по драгоценному носику?

– Просто прошу вас приказать герцогу заткнуться, – сказала я холодно. – А вы что подумали? Что я срываю с ваших нежных губ поцелуй?

Рихард состроил гримасу:

– Держитесь подальше, меня от вас тошнит.

– Меня уже стошнило, – заверила я его.

Но так и подмывало съязвить: а что не нравится? Ты же на мне жениться собираешься. И на свидание вслепую пригласил, и из столицы примчался, услышав какую-то дурацкую песенку.

Хильдика закончила танец, зрители захлопали, но король Рихард и я были единственными, кто хлопнул в ладоши пару раз, с опозданием и без удовольствия.

– Всё это замечательно, – король злился, это было видно. – Но теперь моя очередь вас повеселить.

– Мне уже дрожать от страха? – поинтересовалась я, внимательно за ним наблюдая. – Что в вашем понимании – веселье? Подводная охота на мурен?"

"– Нет, – отрезал он. – Музыка.

– Будете музицировать? Или тоже станцуете? – усмехнулась я.

– Нет, – он отвернулся и свирепо махнул рукой.

Я ожидала, что сейчас в круг света выползет Тюнвиль со своей колдовской флейтой, но брат короля остался на месте, зато возле лодок началась какая-то возня, послышались мольбы и сдавленные проклятья, а потом слуги Рихарда выволокли вперёд мужчину. Ему сунули в руки лютню, и подтолкнули в спину, когда он хотел юркнуть обратно, между факелов.

– Мой менестрель, – громко объявил Рихард и нахмурился. – Играй, трень-брень. Повесели нас.

Даже здесь он был верен себе – придумал музыканту уничижительную кличку. Я успела пожалеть беднягу, но тут он затравленно оглянулся, и факелы осветили его лицо.

Кто-то из придворных Солерно тоже узнал менестреля, и ахнул удивлённо, да я и сама была удивлена. Неприятно удивлена.

– Какая встреча, – процедила я сквозь зубы. – Господин Подридо собственной персоной!

– Кто? – мгновенно насторожился Рихард.

– Подридо – господин Гниляк, – я со звоном бросила вилку на тарелку.

– Вы его знаете? – соизволил он догадаться.

– А вы не знаете? – с издевкой произнесла я.

Менестрель пережидал наш разговор уже оставив попытки бегства. Он стоял в кругу света, прижимая к груди лютню, и мрачно глядел под ноги, не поднимая головы.

– Мне он сказал, что его зовут Ридо, и что он – бродячий музыкант, – пояснил Рихард. – Соврал?

– Соврал, – подтвердила я.