Ключи судьбы

Так хорошо знаком, что она, забыв о страхе, обернулась было…

В этот же миг с другой стороны скрипнула дверь. Величана глянула туда – в светлый проем скользнул, пригнувшись, двуногий волк под косматой шкурой. И хотя она не могла его разглядеть, эти легкие движения, рост, повадка сразу сказали ей, кто пришел сюда по ее следам.

Она застыла, голова закружилась. Два мира вращались вокруг нее, а она стояла на грани и не знала, в какой влиться. Зима и лето, тьма и свет, тепло и холод, молодость и старость, сон и явь, жизнь и смерть… Век нынешний и век минувшись сошлись в этой тесной темной избенке: старый Етон сидел на скамье, а молодой Етон стоял у двери.

Величана закрыла глаза. Это сон. Иначе быть не может. Как она сразу не поняла! Ей приснилась вся эта прогулка с Виданкой… и Виданка приснилась… сейчас она откроет глаза и окажется дома… в Плеснеске… а еще лучше – в Луческе, у матушки. О боги, сделайте так, чтобы ей лишь приснился весь последний год, все ее безумное замужество!

– Здоров будь, дружок! – послышался из глубины избушки надтреснутый голос ее старого мужа.

Повисла тишина. Величана слышала голос мужа, понимала, что он обращается к тому, кто стоит у двери – не к ней и не к Виданке.

Но с кем? Кто ему ответит? Ведь он вопрошает… самого себя?

В этот миг тишины она надеялась, что ответа не будет. Случается, что человек разговаривает сам с собой, в этом нет большой беды. Но если он и отвечает сам себе… тогда зовут волхва – изгонять засевшего в душу злого беса.

Но тут же тишину разбил другой голос. Молодой, хриплый от волнения и тоже ей знакомый.

– Да уж не мне тебя бояться, Кощееву поживу! – надменно и непримиримо ответил он. – Кому ты страшен?"

"– Идем! – шепнула Виданка в самое ухо Величане, по-прежнему обнимая ее.

И силой потянула Величану к двери. Тот, кто стоял возле нее, посторонился; Величана сжалась, не желая ни увидеть его, ни попасть под его взгляд. Он проводил ее глазами, но не пытался задержать.

– Пусти ее, – донесся из тьмы старческий голос. – Коли сговоримся – все равно твоя будет. А тебе куда спешить – у тебя весь век впереди…

Дверь закрылась за ними, две женщины вновь оказались на поляне.